Потом Иван Михайлович повел нас отдыхать к себе в кабинет. Мы не разговаривали. Нам ужасно хотелось спать. Шура, Лида, Таня и я устроились на диване и стульях. Аникин уснул за столом, уронив голову на руки. Под щекой у него лежала расчетная карта - листок бумаги, на котором уместилось все: цифры, расчеты, поиски, надежды. Быть может, потому он и спал так крепко...
Я проснулась раньше всех. За окном поблескивало синеватое утро, грохотали первые машины. Осторожно надела пальто и вышла во двор. Я открывала дверь проходной, и мне хотелось улыбаться всем, кого я видела. Появилось какое - то новое чувство связи с теми, кто попадался навстречу. Мне казалось, что я стала им несравненно нужнее. Это чувство было радостным.
Хотелось сказать каждому - и парню в шинели ремесленника и девушке, стоявшей на шоссе, у столба с надписью «109»: «Знаете ли вы, что теперь наша фабрика будет выпускать в год на десять тысяч костюмов больше?»
Кто - то громко окликнул меня по имени. Я оглянулась. Из ворот фабрики выходили Таня, Лида, Шура и Иван Михайлович. Они помахали мне рукой. Аникин хохотал и шутливо толкал Таню к колодцу. Та отбежала в сторону, обрызгав Ивана Михайловича водой, и вместе с Шурой быстро пошла мне навстречу.
Они шли рядом, тесно прижавшись друг к другу, и улыбались...
Вот, пожалуй, и все.
В 4-м номере читайте о женщине незаурядной и неоднозначной – Софье Алексеевне Романовой, о великом Николае Копернике, о жизни творчестве талантливого советского архитектора Каро Алабяна, о знаменитом режиссере о Френсисе Форде Копполе, продолжение иронического детектива Ольги Степновой «Вселенский стриптиз» и многое другое.