Автомобиль затормозил и остановился. Из него выскочили Гетц и Конфорти и побежали н магазину. Где-то на крыльце под мертвым полицейским и кучей битого стекла был Пит, и они знали это. Конфорти держал автомат, у Гетца было по пистолету в каждой руке. Прямо с ходу Конфорти начал поливать крыльцо пулями. Пит надвинул мертвого полицейского на себя, ухватился за его ремень и закрыл глаза. Он почувствовал, как мертвое тело затряслось и задергалось, когда в него ударили пули. Затем он услышал звук полицейской сирены и резкие, сухие щелчки полицейских автоматов.
Когда три полицейских автомобиля, визжа тормозами, приблизились к магазину, Гетц поднял свой пистолет, но первый автомобиль, прибавив газу, ударил его, как экспресс, и швырнул высоко в воздух. Гетц упал на тротуар, словно мешок с зерном.
Конфорти, не оглядываясь, вбежал на крыльцо и увидел Пита под телом мертвого полицейского. Торжествующе ухмыляясь, он уже поднял автомат, но в это время кто-то выстрелил позади него, и Пит увидел, как Конфорти уронил автомат, сделал шаг и упал лицом вниз. Через мгновение Пит был окружен угрюмыми полицейскими.
— Дженни, — сназал Конрад, — я уезжаю в Бутчер Вуд охранять важных свидетелей. Запомни: кроме тебя, никто не должен знать, куда я уехал.
— Кто же эти драгоценные свидетели, о которых тебе надо так заботиться? — спросила Дженни, садясь за туалетный столик. — Держу пари, что это женщина.
— Неважно, кто они, — сказал Конрад, торопливо упаковывая чемодан. — Вот деньги, — Он положил несколько кредиток на каминную полку. — Этого тебе должно хватить до четверга.
«Было бы слишком рискованно пригласить сюда Луи Сейгеля, — решила Дженни, подкрашивая губы. — Слишком много любопытных соседей. Но можно самой пойти к нему».
— Мне нужно идти, — сказал Конрад, закрывая чемодан. — Почему бы тебе не пригласить Бэт провести с тобою несколько дней? Мне не нравится, что я тебя оставляю здесь совсем одну.
— Тогда тем более для тебя будет, приятным развлечением быть рядом с какой-нибудь женщиной и держать ее за руку в Бутчер Вуде, не так ли?
Конрад посмотрел на нее почти с отвращением.
— Всего хорошего, Дженни.
— Пока, — сказала она н повернулась к зеркалу.
Она не пошевелилась, пока не услышала, как хлопнула парадная дверь. Тогда она подошла к телефону и набрала номер Парадайз-клуба.
— Позовите, пожалуйста, мистера Сейгеля, — сказала она.
Луи Сейгель шел по коридору к своему кабинету с мрачным лицом. Последние три дня он каждую минуту ожидал сообщения Мак Кена о том, что на его арест выдан ордер. Но Мак Кен не звонил, и это заставляло Сейгеля нервничать, выводило из равновесия. Беспокоило его и то, что Голович полностью отстранил его от дела.
Открыв дверь своего кабинета, Сейгель увидел Головича, сидящего за его столом.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он.
— Жду, — спокойно сказал Голович. Прошедшие события сказались и на нем. Его
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Несколько интервью с учеными института кибернетики академии наук УССР о роли молодого ученого в молодой науке