Слабая душа

Н Чебаевский| опубликовано в номере №739, март 1958
  • В закладки
  • Вставить в блог

И гром грянул.

Перед самым отъездом, уже с рюкзаком за плечами, Илья сел на скамью под вьюнами. Цветы прихватило первым ночным заморозком, верхние плети поблекли и безжизненно висели над его головой.

- Как нынче рано мороз ударил, - сказала Мила, садясь рядом; и хотя Илья не произнес еще ни слова, ей стало почему - то страшно.

Илья мельком взглянул на цветы. Потом сказал напряженно:

- Давай, Мила, поговорим серьезно. Что - то не получается у нас жизнь.

Мила вздрогнула.

- Я ошибся, Мила. Нет у меня к тебе настоящей любви...

Илья говорил это твердым голосом. Его волнение выдавало разве только подергивание правой щеки с тонкой розовой кожей на месте ожога.

- Я давно это понял, но думал, дело наладится... Ты добрая, хорошая, ласковая. У тебя нежная, слабая душа. Я сам во время болезни ослаб, твои заботы, твои влюбленные глаза растрогали меня, и мне показалось, что я тоже влюбился. А теперь понял: просто потянуло на ласку.

- Илья! - чуть слышно сказала Мила. - Ты с ума сошел!

- Не знаю, - отозвался он жестко. - Может, никогда в своем уме не был, но уж каков есть... Не люблю ничего заурядного. И любви в том числе. Мне надо, чтоб женщина загадкой передо мной стояла. Чтоб не только приласкаться к ней хотелось, но порой и страшновато было перед ее гордостью... Может, и не встречу я такой женщины, но полюбить смогу только такую.

Илья поднялся. Мила не смотрела на него, а неподвижно сидела, склонив голову, опустив плечи и поджав ноги под скамью.

В Илье проснулась жалость. Он сказал уже мягче:

- Я вижу: тебе больно... Но что же делать? Если нет любви, лучше разойтись сразу, чтоб всю жизнь не терзаться. Хоть уважение друг к другу останется. И потом, я ведь не скрываюсь от тебя. Наоборот, мне бы хотелось остаться навсегда твоим другом. Если тебе придется когда - нибудь трудно, я с удовольствием помогу...

Мила подняла на него полные слез глаза. Очевидно, она хотела что - то ответить, но не произнесла ни слова. Только рот ее приоткрылся, как у птицы, задыхающейся от жары.

Илья поспешил к мотоциклу. У калитки оглянулся, сказал дрогнувшим голосом:

- Прости меня, Мила... Прощай!

Мила не отозвалась. Она долго еще сидела на скамейке. Ни обвинить Илью, ни разозлиться на него она не могла. От этого на душе становилось все тяжелее и тяжелее.

Прошло полгода. Почтальон принес Миле письмо и перевод на 500 рублей. Она сначала, удивилась: от кого? А когда взглянула не обратный адрес, побледнела и решительно отказалась от письма и от перевода.

- Как это так? - удивился почтальон. - Кому же я должен вручить?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В июльском номере читайте о трагической судьбе младенца-императора Иоанна Антоновича, о жизни и творчестве замечательного писателя Ивана Лажечникова, о композиторе Александре Бородине - человеке весьма и весьма  оригинальном, у которого параллельно шли обе выбранные им по жизни стези – химия и музыка, об Уильяме Моррисе -  поэте, прозаике, переводчике, выдающимся художнике-дизайнере, о нашем знаменитейшем бронзовом изваянии, за которым  навсегда закрепилось имя «Медный», окончание иронического детектива  Елены Колчак «Убийство в стиле ретро» и многое другое



Виджет Архива Смены