Она совсем седая - бабка Агафья.
Она сидит на дубовой скамеечке, чистит картошку, и на аккуратно разостланную газету падают желтоватые стружки.
Бабка Агафья не одна. Еще три больших листа разостланы на свежем, узорчатом кафельном полу.
Комната залита светом. На просторных подоконниках расставлены фикусы, герань, столетники. Цветы вымыты и ярко блестят зеленью.
- Куда кладешь, молодуха, - укоризненно говорит бабка Агафья, доставая из кастрюли картофелину с несрезанным глазком.
- Стара, стара, матушка, не вижу. Кабы мне...
Тут Нюрка, шустрая девчурка, которая привела нас в столовую коллектива, неожиданно вмешивается в разговор:
- Ганя, ты всегда ворчишь... Дяденьки тебя спрашивают. Вот они.
- Милости просим, - приветливо улыбаясь. обращается к нам бабка Агафья - Ганя, как ее бесцеремонно называет Нюрка, и продолжает чистить картошку.
Тянутся желтые стружки, срезаемые острым ножом, тянутся воспоминания о прошлом, о котором нам рассказывает Ганя.
... Для семейных «хожалый» отводил 6 - кубовую комнату. «Сторонками» жили. По три семьи в одной клетушке. Теснота. Смрад. Особливо ребятам. Вповалку на полу, под кроватями спали. Горькая жизнь была. Вот только под старость хорошего увидеть пришлось. Теперь и годов не чувствую. Вот и Нюрка меня Ганей зовет. И верно, ровесницы мы с ней.
... Давно было, а и сейчас помню, как нас Саввушка Морозов, фабрикант, чай знаете, на работу подымал. Людей таких держал особенных. Ходили они по коридорам, в колотушки стучали и кричали что есть силы: «Денные или сменные, вставайте на работу» На всю жизнь запомнилось. Подымут грохотом чуть свет, и бежишь на голодный желудок. В казармах кипятку даже не было. На фабрике чай пить и не думай - настрого запрещали. А осмелится кто, - штраф, а то и за ворота выкидывали.
Тянется прошлое тяжелой стружкой и падает, срезанное острым ножом.
Воспоминания взволновали бабку Агафью.
- Добер был «отец» Саввушка. Всякого принимал... Сулил «батюшка»: «Ко мне хоть с одной сумой приходи, каждого одену, каждому есть - пить дам». И награждал. С сумой на фабрику приходили, с той же сумой в могилу уходили...
Сковырнув ножом червоточину, бабка Агафья бросила картофелину в кастрюлю и медленно повторила:
- С той же сумой в могилу...
Они сюда приходят ежедневно. Мало ли дел в коллективе. На кухне помочь картофель почистить, продукты разобрать, посуду убрать помочь, за детьми посмотреть.
Организовала их бабка Агафья. Ганю и ее «инвалидную бригаду» знает весь коллектив. В яслях, в детском ли примитиве, в столовой ли, - всюду они желанные помощники.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.