Р.Л. Голдман. «Убийство судьи Робинсона»

У бедняги задрожали колени, и он снова рухнул в кресло. Дыхание сделалось шумным, как после забега на длинную дистанцию. На щеках и шее выступили капли пота.

— Больше от вас ничего не требовалось — только убить уже мертвого, к тому же сумасшедшего и преступника. А вдобавок вы еще превращались в героя.

Я положил ему руку на плечо. Ленахан испуганно смотрел на меня снизу вверх. Я ткнул пальцем ему в грудь.

— Так кто же Волшебник?

Он снова облизал губы и попытался судорожно сглотнуть, но тугой воротник слишком сильно сжимал горло.

— Доктор Уилкс?

— Да.

Я тут же сменил тон и, не убирая руки, заговорил гораздо мягче:

— Вам нечего бояться, Ленахан. Я — ваш друг и не собираюсь вредить вам. Никто и не думает ничего отбирать.

Не в силах больше сдерживаться, Ленахан спрятал лицо в широких ладонях и разрыдался.

— Я — не просто репортер, а владелец «Гэзет». Я могу вас спасти и готов помочь вам, только ничего от меня не скрывайте! А дом, машина и все прочее останется у вас. Понятно?

— О, Боже мой!

Через час я уже вернулся к Эллен и все ей рассказал.

— Это честный человек, во всяком случае, настолько, чтобы не упорствовать, поняв, что все выплыло наружу.

— Но Ленахан сообщит, что вы были у него.

— Нет. Я предупредил, что, если они почуют опасность, мигом уберут его. И все расписал в таких цветах и красках, что бедняге и ночью будет сниться. А еще я рассказал про Хэтфилда. Поэтому, если Ленахану не приставят нож к горлу, он промолчит.

— А если приставят?

— Тогда расколется. Он из тех, кто, в конце концов, всегда говорит правду.

— А если его убьют?

— У меня в кармане — собственноручное признание Ленахана. Мне пришлось диктовать по буквам почти каждое слово, поэтому я так и задержался.