Пять дней и вся жизнь

Игорь Новиков| опубликовано в номере №1134, август 1974
  • В закладки
  • Вставить в блог

Переименуйте метание копья в современное метание копья - и сразу начнутся споры. Будут спорить о том, современно ли в XX веке метать копье. То же самое произойдет со стрельбой из лука, прыжками в воду, подводным плаванием. Спорят же о том, современно ли современное пятиборье! Никто не выясняет, современно ли заниматься бегом, плаванием, фехтованием, стрельбой, верховой ездой. Порознь, выходит, современно, а всеми пятью - это, значит, еще вопрос.

Давно ведутся эти споры. И грош им цена. Потому что не из-за сути дела они, а из-за названия. Я в этих спорах участвовать не буду. Не стану я рассказывать и легенду про офицера, с которого, говорят, началось современное пятиборье. Ее сотни раз рассказывали, и она уже успела надоесть.

В течение, четырнадцати лет был я пятиборцем. За эти годы не пропустил ни одного чемпионата страны, участвовал во всех первенствах мира, в которых участвовали советские пятиборцы, выступал на четырех Олимпиадах. Потому-то, думается, имею я право познакомить с моим пятиборьем читателей, которых кормят в основном легендой про офицера да спорами о современности современного пятиборья.

Знаете ли вы, что такое бандура? Нет, не в музыке, а в спорте. Не ломайте голову, подскажу: здоровенный футляр, официально именуемый фехтовальной сумкой, а в бандуру ее перекрестил кто-то из остряков. Название неточное. Не похожа фехтовальная сумка на музыкальный инструмент. Но неточное это название прижилось и у фехтовальщиков и у нас.

С бандурой, без которой пятиборец не пятиборец, связана такая шутка. В поезде кто-нибудь обязательно поинтересуется, что, мол, везут в этой штуковине. Ему в ответ: «Электроинструменты». Тогда кто-то обычно не выдерживает и просит сыграть. «Нельзя. Рады бы, да нельзя, - отвечают ему. - Электроинструменты взяли, а электроноты дома забыли». Сумки наши - бандуры. Но мы не бандуристы, мы мешочники. Так нас, пятиборцев, прозвали за то, что на тренировки, особенно на соревнования вещей везем уйму.

У фехтовальщиков весь скарб умещается в бандуре. Три-четыре шпаги, рапиры или сабли - нардами вниз, где сумка расширяется, фехтовальный костюм (куртка; набочник - стеганый, на резинке рукав, его положено надевать под куртку на одну руку, на ту, которой фехтуешь; перчатка - правая, если хозяин фехтует правой рукой, левая - если фехтует левой; маска; гетры; защитная раковина, которая предназначена закрывать пах; фехтовальные туфли - прорезиненные тапочки или полукеды), два-три электрошнура. Вот и все, что возят с собой фехтовальщики.

А у нас, у пятиборцев, то же самое и еще много чего. Никто из спортсменов столько вещей не возит, сколько возим мы. У хоккеистов, понятное дело, багаж громоздкий. Но вещей у нас куда больше. Они хоккеисты, только хоккеисты, а мы - и фехтовальщики, и конники, и стрелки, и пловцы, и бегуны. Что ни день, другая форма.

На ноне от старта до финиша - несколько минут. А везешь с собой столько амуниции, что перечислить и то трудно. Сапоги с твердыми и высокими, почти до колен, голенищами. Это для того, чтобы путлище (ремень, держащий стремя) ногу не терло. Кто с низкими голенищами надевал сапоги, ноги, бывало, до крови натирал. Задники у сапог высокие, чтобы шпоры, соскочив, на Ахиллова сухожилие не давили. Ну, о шпорах я уже сказал. Затем бриджи, редингот (но это не обязательно, можно обойтись и пиджаком), темный галстук, белая рубашка. Я обычно ехал в шерстяных рубашках, при падениях шерсть лучше оберегает от царапин, ссадин, ушибов. Еще нужен защитный шлем: бывает, и с лошадью падаешь. В мое время шлемы были без козырьков, и мы под шлем надевали жокеечку с большим козырьком. Нужная вещь козырек. Кроссы часто лесом шли, козырек от веток лицо защищал. Еще необходим стек или хлыст.

В шестьдесят первом на чемпионате мира в Москве венгр Терек походил на конника только тем, что был у него в руках хлыст. Минуты за три до старта Немет, который за год до того был олимпийским чемпионом, упал на разминке вместе с лошадью и получил тяжелую травму. Времени в обрез, и запасному Тереку было не до рубашки, редингота и галстука. Без сапог и шлема, в спортивных брюках и кедах, но с хлыстом вскочил он на лошадь. Тот неначавшийся турнир для Немета был последним в его жизни, а Тёрек три года спустя еще раз сменил Немета. В Токио он стал олимпийским чемпионом.

Для первого своего дня пятиборцу необходим еще и повод. Устроители турнира должны дать повод и дадут, но лучше все-таки иметь свой. Так надежнее. Я с собой всегда возил тесьмовый повод. Ременный, спору нет, красивее, наряднее, но в дождливую погоду, намокнув, он выскальзывает из рун. И мартингал нехудо иметь свой. Мартингал (петля из кожи) цепляется под верхнюю подпругу, которая держит седло, и идет к оголовью, а в конце - кольца, через которые пропускается повод. Нужна эта штуковина для того, чтобы сдерживать задиристых и таскучих лошадей. Увидел на разминке, что лошадь дерет голову кверху, что любит она таскать, потребуй, чтобы дали мартингал, а еще лучше воспользуйся своим, к которому привык.

Было время, возили еще и оголовья и седла. На первых порах возили. А потом поняли, что ни к чему лишний этот багаж. Ни одна страна, которая вызвалась проводить чемпионат мира, не захочет ударить в грязь лицом. Будут и лошади и седла. Между прочим, так может статься, что привезенным седлом и воспользоваться не дадут. Скажет хозяин лошади: «Ты что же, парень, хочешь сбить холку лошади?» И не позволит ехать в седле, которое тысячу километров вез. И будет прав. Это только непонимающему кажется, что все седла одинаковые. У одной лошади холка пониже, ей надо одно седло, у другой - повыше, ей дай соответствующее. А на чемпионате можно быть спокойным, у каждой лошади будет хорошо подогнанное седло.

Стрельба. Здесь, в отличие от фехтования и коня, нет обязательной формы. В чем хочешь стрелять, в том и стреляй. Но стреляют своими патронами и из своего оружия. Вот и везут пятиборцы с собой патронов немало - и для тренировок и для соревнований и пистолеты - незаряженные, конечно, - в коробках специальных или чехлах. Еще берут с собой шлемофон - наушники, чтобы по возможности на стрельбище от шума себя уберечь. На заре нашего пятиборья наушников не было, их заменяли - кто ватой, кто патронными гильзами.

У пловца да бегуна какое, казалось бы, имущество? А глядишь, тоже кое-что наберется. Теплые шерстяные носки, костюм спортивный и халат, чтобы поверх костюма надеть: тепло надо беречь. Майка, трусы, тапочки и шиповки. Тапочки - разминаться, шиповки - бежать. Раньше брали по две пары шиповок. Одни с короткими шипами, другие со средними. Какие обуть - трасса подскажет. А длинные шипы нам на соревнованиях без пользы. Мы не спринтеры и на стадионе не бегаем. Теперь и одной хорошей парой шиповок обходятся: в них отвинчивающиеся сменные шипы.

Не так-то просто все это хозяйство упаковать. Одной бандурой, как фехтовальщикам, нам не обойтись. Короче говоря, насчет мешочников подмечено верно.

Да, чуть не позабыл. Надо еще захватить плавки и шапочку. У меня всегда была матерчатая четырехклинная шапочка красного цвета. Я ее и на фехтовании надевал - под маску, чтобы волосы на глаза не падали. Из-за этой красной шапочки обо мне в пятьдесят девятом на чемпионате мира какой-то американец сказал: «О, Новиков - коммунист! Это сразу видно. У него все красное - и шапочка и таблица!» Там в таблице фехтовального турнира, которая для общего обозрения висела в зале, поражения отмечали синим карандашом, а победы - красным. Шапочку у меня после фехтования с головы сорвали и разодрали в клочья на сувениры.

С шапочной и фехтованием у меня связано еще одно воспоминание. Тоже на тему о том, что с собой пятиборцы иные возят. Долгие годы за сборную Финляндии выступал Корхонен. Не скажу, что был он классным фехтовальщиком, но шустро фехтовал Корхонен, настырно и шумливо. Говорили, что особенно весело было со стороны смотреть за его со мной боями. Потому что я в противоположность ему на дорожке был строг и спокоен. Ушел Корхонен, затем ушел и я, а пятиборцы еще долго вспоминали наши бои.

Но про то, какой Корхонен фехтовальщик, и про мои с ним бои - это так, к слову пришлось. Была у Корхонена шапка, вязанная из шерсти, старая-престарая, вся в дырках шапка. Без нее я Корхонена ниногда не видел. И нисколько бы не удивился я, узнав, что шапка эта, на которую не позарился бы и нищий среди нищих, висит сейчас у Корхонена дома на самом видном месте - рядом с бронзовой его олимпийской медалью.

В пятьдесят шестом Корхонен приехал в Мельбурн, на Олимпиаду. И уже на месте вдруг хватился бесценного своего талисмана. Обнаружил он, что забыл шапку дома. Корхонен - на телеграф, отбил телеграмму жене. Шапка в Мельбурн поспела к сроку, к первому дню турнира получил Корхонен свой талисман. А кончился турнир - Корхонену вручали бронзовую медаль за третье место.

Эту историю и рассназал нам во время чемпионата мира пятьдесят девятого года Корхонен. Рассказал и шапку, которая за три прошедших после Мельбурна года не стала новее, показал. Вот, мол, тот самый талисман, который помог ему в Мельбурне медаль получить.

Послушал я историю Корхонена, узнал, благодаря чему получил он в Мельбурне бронзовую медаль, и захотел рассказать ему свою. Про то, почему не получил в Мельбурне бронзовую медаль я. Да, эту мою медаль получил в пятьдесят шестом году Корхонен. Нет в том козней Корхонена, нечестности его, все дело в оплошности моей и нашего тренера. А Корхонен и по сей день, наверное, не знает о том, что ему в Мельбурне больше дырявого его талисмана помогло.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном   любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада»  под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о  музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Три точки на карте

К 30-летию освобождения Румынии от фашистского ига