– Не помню. Если Роза или ее попутчик смогут мне напомнить его содержание, возможно, я смогу дополнить свои показания...
– При каких обстоятельствах у вас оказался распоротым свитер?
– Это произошло в Жилеве во время игры в футбол.
– Одно можно мыслить с уверенностью, – сказал Бахметьев, – Горяинов невиновен, поскольку по ходу поезда лежал на полотне дороги первым. Все другое – в области гипотез...
Ждали следователя, окончательное слово так или иначе оставалось за прокуратурой.
– Начну с дневников и записи Горяинова, поскольку это наиболее объективное свидетельство. Вряд ли Горяинов был причастен к нападению на себя. – Бахметьев был серьезен, почти торжествен.
« Это, пожалуй, первое серьезное дело Бахметьева, – подумал Денисов. – После того, как его перевели из Каширы».
Бахметьев перелистнул несколько страниц дела:
– Вот! «Все закрутилось после шестого февраля!» – писал Горяинов. Случай же в поезде «Здоровье» имел место восьмого. – Бахметьев обвел глазами сидевших в кабинете. – Два дня! С этим числом мы еще не раз встретимся...
Анкудинов-отчим: «Мне показалось; она была чем-то расстроена...» Так... «Последние два дня...» Ольга: «Последние два дня я никого не видела, мой брат отсутствовал...»
Поврежденный с войны лицевой нерв Бахметьева дрогнул, полковник на секунду отвернулся к окну.
– Что произошло шестого? Исчерпывающий ответ дает трассологическая экспертиза следов, оставленных на запорной планке в даче Горяиновых.
Инспектора сидели молча.
– В этот день была совершена кража икон на даче Горяиновых... Мы еще вернемся к ней... А теперь позвольте мне зайти с другой стороны и поставить
вопрос так: «Не пересекалась ли в поезде «Здоровье» линия «Анкудинова – Горяинов Дмитрий» с линией «Верховский – Анкудинова»?»
«Интересно, знает ли Бахметьев теорию противолежащих полей?» – подумал Денисов.
В пешечном окончании короли могли занимать только определенные поля, чтобы ни в коем случае не подпустить короля противника к своим пешкам.
В построении Бахметьева чувствовался безжалостный подход теоретика.
– Будем честны. Как бы мы этого ни желали, Роза не любила Горяинова... – Он приложил к глазу чистый платок, нагнулся над делом. – Вот! < «Ты сказала: «Наверное, все-таки не люблю. Привычка...» Она, как видите, была откровенна с ним. «Я закрыл лицо...» Так. «Тебе плохо, – сказала ты. – Тебе морально важно слышать «люблю»?!» По-моему, тут все ясно... Теперь, кто такой Верховский? Намного старше всех, неудачник. Его тяга к несовершеннолетним настораживает, как и его шляпа. Чудаковат, экстравагантен, зол. Именно он организовал поездку, купил путевки. Наконец! – Бахметьев был полон решимости защищать свой пешечный строй. – Обратите внимание на показания Бабичева. Когда Верховский выходил в тамбур, Анкудинова и Горяинов стояли там. По возвращении его в вагон Бабичев их уже не видел...
– Центр компании – Бабичев, – заметил неуверенно сидевший напротив Бахметьева Антон. – Он ее мозг... Без него ничего не происходило.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.