Из полого стебля подсолнечника журчала темная струя, журчала и не мерзла, завернутая Санькиным полушубком.
Народ шел вверх по увалу, опасаясь подавить стебля, проложенные под снегом хитрым парнем. Впереди шел Санька в куртке с раздвижной застежкой, вывезенной с Кузнецкстроя, в кепке и при галстуке, как инженер, шел показывать свое изобретение.
У могучих оврагов, у самого леса, увидел народ заиндевевший купол льда. Ударил Санька ногою, порушился звонкий купол и открыл тяжело и упорно бьющий родник.
К самому его горлу была приставлена трубка из простого подсолнечного стебля. Она захлебывалась напорной водой, поглощая ее ничтожную долю, и непокорный родник проливался куда - то под коряги и пни, заваленные буреломом.
Мастера бондарного дела долго стояли над ручьем. Потом они позвали Саньку.
- Срисуй ты нам, Саня, этот плант...
- Значит, сделаете? - обрадовался помполит (лица женщин, освобожденных для новых больших дел, встали перед его взором).
Бондари посмотрели на него и усмехнулись.
- Экой ты шустрый... А может нам коромысел жалко? Это дело не такое легкое.
Помполит осекся.
Мужики пошли вниз, переговариваясь.
- Клепкой надо трубу сбивать. Планка в планку. Впритык.
- Долбленая способней.
- Долбленая лопнет.
- Не лопнет, на то обручи!
Помполит жадно ловил эти слова, раскрывая пересохшие губы.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.