- Все ясно: молодая учительница влюбилась в общительного бухгалтера, - заметил инженер с верхней полки, и Нина согласно закивала головой.
- И не угадали. Я в этой истории второстепенный персонаж, - возразил бухгалтер. - А если станете насмешничать, не буду рассказывать.
Инженер молча пригрозил жене пальцем, она протянула руку и погладила его по голове.
- ... Вскоре ко мне на стройку приехала жена, и мне дали отдельную квартиру. Завод быстро рос, и вот настало время монтировать оборудование. На строительство приехала группа механиков, и среди них - Владимир Александрович Чернин. Мы с ним были знакомы еще раньше и сошлись как старые приятели. Дело свое он знал, был неглуп и остроумен, привлекателен внешне, мог составить компанию - к нему быстро все привыкли. По моей рекомендации он поселился у Лапиных, вместо меня...
- Как думаешь: наверное, Чернин и есть герой романа? - высказала Нина шепотом предположение.
Рассказчик услышал ее вопрос.
- Да, он и есть герой романа... Живой и веселый Чернин скоро стал в семье Лапиных своим человеком. Мальчишка к нему привязался чуть ли не больше, чем к отцу. Марии Васильевне скоро стало казаться, что с появлением Чернина жизнь в их доме сделалась интереснее. Она, как и ее Валерик, скучала, если Чернин долго задерживался на работе.
Чернин всегда и всюду искал развлечений; от нечего делать он принялся ухаживать за молодой хозяйкой. Очевидно, ему и в голову не приходило, что поведение его дурно. В одном разговоре о» как - то признал допустимым флирт с замужней женщиной.
Я иногда бывал у Лапиных и однажды был свидетелем сцены, которой лишь потом придал значение намечающегося раскола в их семье. Мария Васильевна сидела и вышивала, Лапин молчаливо корпел над очередной сметой, а мы с Черниным мешали ему своими разговорами.
«Как вы могли выбрать такую специальность? - пристал к нему Чернин. - Сметное дело - самая сухая и скучная часть инженерии. Сметчик подобен бухгалтеру: он делает то, что не имеет никакого практического значения. Завод мы создадим без ваших смет так же, как и без бухгалтерского баланса, который будет составлен впоследствии, по окончании всей стройки. И невыгодно ведь заниматься таким делом: сметчики всегда остаются в тени. Что - то не слышал, чтобы их награждали орденами.
Мария Васильевна неожиданно вмешалась в разговор. С досадой, необычной для нее, она сказала Лапину:
«Почему ты молчишь? Владимир Александрович, безусловно, прав. Ты и сам стал сухой и скучный, как эта бесконечная смета. Почему ты в самом деле не переменишь работу?»
Лапин дописал столбик цифр и поднял голову:
«Я люблю сметное дело, безотносительно от того, награждают ли сметчиков орденами и выходят ли из них великие люди. Я знаю: моя специальность необходима. Смета - органическая часть проекта, а без проекта не существует инженерии. Вы, Владимир Александрович, также ведь не обходитесь без проекта и если относитесь к проекту и смете без уважения, то по молодости, а также, простите, из - за недостатка инженерной культуры. А вообще - то, Маня, - обратился он к жене, - ты не воспринимай его слов всерьез: он шутник и шутки ради может оговорить родного отца. Я знаю Чернина по работе, - продолжал, помолчав, Лапин. - По - моему, он не хуже меня понимает, что «самый плохой архитектор от наилучшей пчелы отличается тем, что прежде, чем строить ячейку из воска, он уже построил ее в своей голове...»
И он замолчал. У него всегда так получалось: скажет десяток слов и умолкнет надолго. Мария Васильевна подождала, не скажет ли он еще что - нибудь, и возразила:
«Я не могу поверить, чтобы вот эту свою унылую смету ты делал с любовью и увлечением».
Лапин удивленно посмотрел на нее:
«Не узнаю тебя: откуда такие рассуждения? Эта «унылая смета» на тридцать миллионов рублей. От меня зависит, будет ли заводской городок стоить государству на один - два миллиона дороже или дешевле. Как же можно отнестись к этому равнодушно?»
Чернин бросил еще несколько реплик в адрес Лапина, но тот, погруженный в работу, уже не отзывался.
«Что с ним поделаешь? Он сам превратился в живой арифмометр», - смеясь, сказала Мария Васильевна после тщетных попыток отвлечь Лапина от его сметы.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.