Под крышами Парижа

Ольга Зив| опубликовано в номере №304, апрель 1938
  • В закладки
  • Вставить в блог

Несколько месяцев тому назад парижская вечерняя газета «Се суар» завела на своих страницах отдел, где помешаются письма молодых читателей о любви. По первоначальному замыслу, редакция должна была под псевдонимом «Неизвестного танцора» давать в этом отделе деловые житейские советы корреспондентам, огорченным любовными неудачами. Но многие письма, опубликованные в «Се суар», переросли рамки «пикантного» газетного чтива.

В письмах, помещаемых «Се суар», встают картины печального и мрачного быта зарубежной трудящейся молодежи. Проблема каждой маленькой «личной жизни» перерастает в проблему, общую для сотен тысяч людей. Корреспонденты «Се суар», не подозревая об этом, разоблачают волчьи законы капиталистического общества, его лицемерие и фальшь.

«Я пария»

15, 16, 17 - летние Терезы и Жаки, скрывающиеся под всевозможными псевдонимами, повествуют о таких болях и обидах, которые просто не мыслимы в нашей стране. 21 января в отделе «Сердце имеет свои законы» было напечатано следующее письмо:

«... Мне не исполнилось еще 20 лет, а сколько я уже видел горя и нищеты! Один в целом мире, я рыскаю по Парижу в поисках ломтя хлеба и крошки любви... Если иногда еще мне удается удовлетворить свое первое желание, выполняя работу звонаря (ибо это - все, что я умею делать!), то вторая мечта - о любви - всегда остается тщетной... Кто полюбит меня, кто захочет иметь дело с исхудалым, тщедушным, жалким оборванцем, без копейки в кармане в большинстве случаев... Я пытался пойти на армейский вербовочный пункт. Но когда человек по два - три дня не имеет во рту маковой росинки и когда этот «режим» длится годами, то тут, конечно, не растолстеешь. Меня не приняли и в армию. Вы, страдающие от сердечных неудач, имеете семьи, друзей, родителей, которые вас любят. Подумайте же о бедном парии, о человеке без товарищей, без любви и так часто без хлеба...»

Письмо подписано: «Жан - оборванец».

И вот в ответ начинают поступать отклики читателей, таких же молодых (и почти таких же несчастных), как Жан - оборванец. Огромная доля этих писем - бессильные попытки утешить беднягу.

«Нет, Жан - оборванец, вы не пария, вы больше не пария! Я уверена, что, наоборот, у вас будет теперь тьма друзей и что вы найдете верную хорошую подружку...», - пишет неизвестная Одетта. Ей вторит десяток других отзывчивых девушек.

Но не все ответы сводятся к сантиментальным утешениям. «Не надо жаловаться: все равно никто не поможет. Стисни зубы и дерись с жизнью!» - угрюмо советует 25 - летний Марио.

Куда резче пишет «Прозревшая Фанни».

«Еще один, который так дорого расплачивается за свое единственное преступление - за то, что родился в стране со столь постыдным государственным строем...» «Но я верю, - добавляет она, - что молодежь сплотится и все свои силы положит на борьбу за новый мир, в котором двадцатилетние смогут жить так весело и счастливо, как только и должно жить в 20 лет!...»

«Времена браков кончились»

Из переписки с «Жаном-оборванцем» возникла еще одна проблема. «Имеет ли право безработный создавать семью? Как жениться без денег, без видов на будущее, не имея профессии? Как подвергать жену, подругу превратностям нашей неверной жизни?» - тоскливо допытывается «Нерешительный».

«Мы любим друг друга уже три года, но то у меня, то у моей подруги нет работы. Сейчас мы совсем уже собрались пожениться, но парикмахерская, где она работала маникюршей, обанкротилась, а вы ведь знаете, сколько в Париже безработных маникюрш... Как быть?» - в отчаянии спрашивает Андре А.

А рядом - полные гнева, стыда, возмущения письма девушек:

«Мне 18 лет, я люблю танцевать. В нашем округе часто бывают вечеринки. Молодые люди, которым нравится, как я танцую, всегда наперебой стараются провожать меня до дому. Вы знаете, что это значит. Сначала разговор о луне и о моих глазах, а потом, на пустынной улице - объятия и поцелуи. А когда я уклоняюсь, меня называют старомодной и издеваются надо мной... Но я не хочу растрачиваться... Жду большой любви, жду человека, который захочет соединить свою жизнь с моей. Неужели этого никогда не будет? На фабрике товарки по цеху (все старше меня) уверяют, что времена браков кончились. Никто не хочет жениться. Никто не может. Дети становятся проклятьем. Неужели это так?!» (Мирелла В.).

Деньги - вот что стоит непреодолимой преградой на жизненной дороге зарубежной трудящейся молодежи.

«Я не люблю читать, - признается 19 - летняя Жермен, - в книгах всегда все гладко: встретились, полюбили, поженились. Но вот я, продавщица. И я любила. И он очень любил меня. Только его мать сказала: «Ты будешь врачом и женишься на девушке с приданым». Поверьте, он даже плакал, но нам все - таки пришлось расстаться. Ведь никогда в жизни у меня не будет приданого...»

Приданое, препятствующее любви! Диким, варварским пережитком кажется это миллионам советских юношей и девушек. Но всего лишь в двух тысячах километров от Москвы наши ровесники и современники серьезно обсуждают эту проблему.

Любовь или карьера?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте об удивительном человеке, писателе ученом, враче, авторе великолепной хроники «Пушкин в жизни» Викентии Вересаеве, о невероятном русском художнике из далекой глубинки Григории Николаевиче Журавлеве, об основоположнице теории русского классического балета Агриппине  Вагановой, о «крае  летающих собак» - архипелаге Едей-Я, о крупнейшей в Европе Полотняно-Заводской бумажной мануфактуре, основанной еще при Петре I, новый детектив Андрея Дышева «Бухта Дьявола» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Пятеро

Из эпохи гражданской войны