Вот и отлично, милый мой сын, что ты стал полноценным курсантом. Обнимаю тебя, родной, как отец, и поздравляю как капитан воздушного флота, как старый пулеметчик русской армии. Но – смотри! С первого же дня не скользи, а ставь ногу крепко, по-солдатски. Тебе надо скоро и хорошо пройти крутую выучку, чтобы стать офицером. Не жалей своих молодых костей; потей, но строго, точно и с охотой – всегда с охотой! – выполняй всякое приказание. Не смей в среде кичиться своим московским происхождением, своим студенческим прошлым, даже если твои командиры – люди с малым образованием. Не смей выказывать свое превосходство в интеллекте, ты жизни не знаешь, как таковой, ты ее в поту и труде, в подчиненности и послушании узнай. Только тогда твой интеллект обрастет сильной, бодрой, жизнедеятельной мускулатурой. Служи, мальчик мой, образцово и скромно. Только на это я тебя благословляю. Сводки Совинформбюро ты читаешь, стало быть, понимаешь, что писать мне недосуг. Но хоть коротко, а писать буду. Не скучай! Целую тебя крепко, Илюнько, милый. Твой Михвас!
Родной! Тороплюсь обрадовать тебя своей большой радостью – 29 апреля меня наградили орденом Красной Звезды. Поздравь меня, мальчик! Теперь дело за тобой, и вся наша семья будет орденоносной! Стало быть, когда мы с тобой вернемся к маме, то она уже не будет задаваться своим орденом: мы ее догнали. Пишу тебе издалека, от места своей работы... У меня не совсем удобные для переписки обстоятельства, которые все время изменяются в радиусе 150 – 200 километров. Я здоров, работящ и очень сосредоточен на том деле, которое делаю. Не все складывается ладно, но на войне надо уметь хранить спокойствие, терпение и выдержку, как НЗ в вещевом мешке. Этому я учился и, кажется, с пользой. Обнимаю тебя, сын, радостно и крепко. Отец.
Родной мой! Писем от тебя нет давно, да и сам я не писал тебе долго. Виновата в том, кроме оперативной занятости, некая неопределенность.
Когда ты мечтаешь на одну тему: «Кем стать? Кем быть?» – и пытливо перебираешь профессии, примеряя к каждой из них свои склонности, ты честен сам с собой. Таким свободным жизнелюбцем вырастила тебя Родина. Но, мальчик мой, ты упускаешь одно – движение и пути развития общества, нашей страны. Тебе кажется, что хотя идет война, но в жизни, в твоем росте и развитии, в их путях ничего не случилось. Окончится война, думаешь ты, пройдет демобилизация, все разъедутся по домам и начнут жить с того места, на котором их война застала. Это не так. Война изменила основной критерий мужской полноценности в нашем обществе, а следовательно, и твой, Илюнько.
Война с особой остротой открыла нам глаза на обязанности советского человека от рождения до смерти: раньше, чем он выберет свое место в жизни, он обязан запомнить свое место в военном строю. После победы над Гитлером наша социалистическая Родина останется в условиях сосуществования с капиталистическим миром. Стало быть, военная охрана строительства нашего снята не будет. А раз так, то каждый мужчина, прежде чем готовить себя к творчеству личному, к дерзостному раскрытию своих дарований, склонностей, способностей, должен будет приготовить себя к квалифицированной защите своего права жить под советской звездой. Говоря другими словами: прежде чем стать рабочим, инженером, писателем, архитектором, журналистом, наш советский юноша будет обязан показать народу свое умение защищать его. И мужская гражданская полноценность после войны будет измеряться одной мерой – воинским званием, как свидетельством твоих способностей к защите Отчизны. Во всем этом и заключен мой ответ на твои вопросы: до тех дней, когда тебя произведут в офицеры, до той поры, когда ты покажешь своему народу свою воинскую квалификацию, до дня, когда тебя поставят в строй по ранжиру твоих знаний, а не по физическим качествам, – до всего этого ты не имеешь права – я тебе говорю прямо, как всегда, – думать о будущем. Вот когда ты послужишь Родине, она и даст тебе право выбирать профессию по склонности, зная, что в нужный час она найдет в тебе квалифицированного защитника. Именно с этого конца, мальчик, и надо начинать строить свою жизнелюбивую мечту. Отец.
Сынок! Очередной обрыв связи произошел по стандартной причине: путешествовал по доверенным мне вотчинам – ездил русскими трактами до известного тебе города. А с этой открытки связь снова оборвется. Все остальное у меня ходит в прилаженной запряжке, впрочем, возможно, мне это так кажется, а на самом деле хожу в запряжке я сам и мною погоняют обстоятельства. Ну, да не будем вдаваться в аналитику. Письма твои милые приходят исправно, но главное в них не ясно: когда же ты окончишь училище и кем?.. Обнимаю тебя, родной. Отец.
Сынок! Можешь послать мне свое почтительное поздравление: твой Михвас стал дважды орденоносцем – награжден орденом Отечественной войны, пока П степени... У меня все в порядке, в ладной норме: и работа, и здоровье, и – соответственно – настроение. Да, стал я наконец щеголем: окителился, ношу свою лысую голову в твердом хомутке с голубым кантиком. Старик стал – на загляденье! Когда же ты обретешь форму взрослого воина?
Милый мой! У меня все в ладу, в добром и веселом здравии. От тебя открытки давно не приходили. Вероятно, ты занят экзаменами. Желаю тебе точных и умных ответов. Есть у меня одна новость, она – в моем новом адресе, обрати на него внимание! Другая «новость»: на старости лет изучаю польский язык... Да, как твоя новая шинель? Дошли до тебя мои маленькие переводы? Будь здоров, обнимаю. Отец.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Беседуют машинист экскаватора, групкомсорг смены, кавалер знака ЦК ВЛКСМ «Молодой гвардеец пятилетки» Петр Шевцов и Первый секретарь Старо-Оскольского горкома КПСС Валентин Цыцугин