О любви и дружбе

опубликовано в номере №660, ноябрь 1954
  • В закладки
  • Вставить в блог

Обзор писем в редакцию

Рассказ Б. Минкина «Третий лишний», напечатанный в № 17 «Смены», заканчивался вопросом:

- А как бы поступили вы?

Читатели горячо откликнулись на этот вопрос. Редакция получила много писем из разных концов Советского Союза и из стран народной демократии.

Разговор об этом на страницах журнала хочется начать ссылкой на письмо студента Уральского политехнического института Б. Григорьева, который отказывается ответить на вопрос, как бы он поступил на месте Павла, так как считает, что рассказ не дает достаточного материала для серьезного раздумья. Далее он критикует рассказ за его художественную слабость.

«Я думаю, - пишет Б. Григорьев, - что главное в литературном произведении - живущие в нем художественные образы. А автор «Третьего лишнего», к сожалению, не проник в души своих героев, дал им только внешние приметы: Павел - черный, Федя - светлоголовый, а Зина - сероглазая... В самом деле, почему, например, Федя и Павел полюбили Зину? Этого из рассказа понять нельзя. А чувства Зины разве раскрыты? Она студентка первого курса, в таком возрасте люди обычно переживают свою первую любовь.

Автор сообщает нам: она полюбила Павку. А Федю? Не любила или разлюбила? Если не любила, то почему она позволила ему отрекомендовать себя: «Познакомься... моя Зина»? А если разлюбила, - почему так быстро? Какие на то причины? И за какие доблести она полюбила Павла? Он же в рассказе от Феди отличается только цветом волос»...

С критическими замечаниями студента Б. Григорьева нельзя не согласиться. Эти и другие недостатки рассказа мы видели и все же решили его напечатать, хотя бы для того, чтобы вызвать читателя на разговор о любви и дружбе. К сожалению, литераторы более зрелые, чем молодой автор Б. Минкин, почти ничего не пишут на животрепещущие темы морально - этического характера. Кроме рассказов Ю. Нагибина «Любовь» и Е. Успенской «Отец», напечатанных в «Комсомольской правде», за последнее время не появилось ни одного сколько - нибудь интересного рассказа на эту тему. Вот почему мы решили напечатать рассказ «Третий лишний», считая, что даже несколько схематическое изложение сюжета заставит наших читателей задуматься над многими волнующими их вопросами. В редакцию поступает много писем, авторы которых горячо обсуждают то, что произошло с Павликом, Федей и Зиной.

«Разорвать так нелепо дружбу, столько лет соединявшую молодых парней, - это шаг неверный, - пишет Е. Горшкова из г. Ярославля. - Но кто же в этом виноват?»

Как и большинство читателей, автор этого письма осуждает поведение Феди. По мнению тов. Горшковой, он должен был понять, что Зина его никогда не любила, а только дружила с ним и что ее любви к Павлу он помешать не может, даже порвав с ним старую, верную дружбу. А поступив так, он остался один и уронил себя в глазах двух своих самых близких друзей.

Секретарь учительской комсомольской организации Ново - Деревенской средней школы (Рязанская область) А. Лукьянов считает, что автор рассказа «Третий лишний» затронул важные, волнующие молодежь вопросы дружбы и любви. «Невольно приходит на память, - пишет он, - бескорыстная, самоотверженная дружба героев романа Н. Г. Чернышевского «Что делать?» - Лопухова и Кирсанова. Сколько благородства, человечности, нравственной чистоты в их поступках, в их отношении к Вере Павловне, в которую они оба влюблены! Вспомним, как поступил Лопухов, узнав о том, что Вера Павловна любит не его, а Кирсанова: свято дорожа дружбой, он пожертвовал своим личным счастьем ради товарища. Не желая быть «третьим лишним», Лопухов сошел со сцены... В рассказе «Третий лишний» устами Павлика автор утверждает, что «влюбленные способны на всякие глупости». Я бы этого не сказал. Фраза эта популярна в плохих комедиях и оперетках, но применять ее к жизни нельзя. Дело выглядит куда сложнее. Нет, не настоящая любовь связывала Федю и Зину, а дружба Павлика не была в действительности такой крепкой, как это казалось Павлику. Вероятно, этой дружбе Федя был обязан Павлику, который делал все, чтобы ее сохранить и укрепить, но когда пришло испытание этой дружбе, Федя показал свой подлинный характер».

Точно такое же мнение высказывает ученица средней школы Ирина Сологуб (Вильнюс). Она пишет: «Зина не ошиблась в выборе, она полюбила человека, умеющего ценить и понимать настоящую дружбу, товарищество и любовь. Павлик, безусловно, симпатичнее Феди. Он сдержан, всегда готов в трудную минуту успокоить друга и объяснить ему его ошибки. Только будучи настоящим другом, он мог сказать Зине, которую сам любил: «Девушка, которую любит мой друг, не может быть для меня ничем больше, как хорошим товарищем».

«Федор является эгоистом, - пишет Алла Гришко из Риги. - Он думает только о себе, о своих чувствах, о своем благополучии. Почему Павел находит в себе силы отказаться от любви Зины ради счастья друга и готов жертвовать своей любовью, а Федя не желает считаться ни с чувствами девушки, которую он любит, ни со священными законами дружбы с Павлом? Значит, не дорожил он этой дружбой и Зину он любил не по - настоящему».

Воспитанник Воронежского суворовского училища Ю. Филатов, осуждая поступки Феди, пишет: «Какой он после этого друг? Ведь «только того можно назвать своим другом, кому можно доверить все: жизнь, душу, сердце». Так писал Николай Островский. И как это верно сказано!... Я бы на месте Павлика, невзирая на необоснованную обиду Феди, продолжал бы встречаться с Зиной, хотя бы из соображений тактичности и элементарной вежливости, а на месте Феди я не повторил бы ни одного его поступка и, конечно, не посмел бы нарушить дружбы с Павликом».

Другой суворовец из того же училища, В. Попов, считает, что Павел, порвав отношения с Зиной, поступил правильно, потому что эта девушка, по его мнению, не заслуживает любви такого хорошего юноши, как Павел.

«По поводу рассказа «Третий лишний» я так поспорил со своим лучшим другом, занявшим позицию Феди, что вдруг с удивлением и болью обнаружил в нем то, чего раньше не замечал, - что он эгоист и себялюбец. И теперь передо мной самим встал вопрос: перестать ли дружить с ним или постараться повлиять на него, чтобы сохранить дружбу?» Так начинается письмо Д. Афанасьева (Москва), письмо, пожалуй, наиболее интересное. А далее в этом письме говорится:

«Признаться, затрудняюсь ответить, как бы поступил я на месте героев рассказа, ибо не знаю их близко - уж очень они бледно нарисованы автором. Когда Лопухов у Чернышевского в романе «Что делать?» жертвует своей любовью, я его понимаю, я живу его мыслями, его радостями и его болью - так прекрасно написан этот образ. Правда, вопросы любви и дружбы настолько сложны и тонки, что судить других, разбирать их поступки невероятно трудно. Иной раз сам не можешь разобраться в собственных поступках. А испрашивать совета по вопросам любви у третьего - это уже самое последнее дело. Расскажу о себе. Два года назад я женился, а три месяца назад стал отцом. В свою жену я влюбился, как говорят, с первого взгляда. Две - три встречи в заводском клубе, и я уже объяснился в любви, еще месяц, и мы зарегистрировались. В те дни я в своей будущей жене не видел никаких недостатков (теперь - то я знаю, что когда любишь, то многого не замечаешь и многое прощаешь). А через месяцев пять я обнаружил у жены много неприятных черт, в том числе скупость - не разумную бережливость, а именно скупость. Да к тому еще жена завидует тем, кто живет лучше нас, и может говорить об этом без конца. Узнав, что мой друг некогда советовал мне не торопиться с женитьбой, она возненавидела его и потребовала, чтобы он не бывал у нас в доме. Она не хотела ребенка, говорила: вот будем жить получше, тогда и заведем детей...

Столкнувшись со всем этим, стал ли я меньше ее любить? Нет. Но я понял, что наша совместная жизнь уже не будет такой безоблачной, какой она нам казалась. Понял я также, что и моя и ее любовь будут подвергнуты тяжелому испытанию. Я, конечно, мог поступить, как нередко поступают в таких случаях, - или разойтись, или примириться с недостатками жены, сказав себе: «Ладно, как - нибудь проживем». Но я комсомолец и поступить так не имел права. Став мужем, я уже отвечал не только за себя, но и за свою жену. Но посудите сами, ведь нелегко в один прекрасный день сказать любимой жене: у тебя отвратительная черта - скупость и завистливость, я хочу, чтобы ты преодолела в себе это. И еще сказать ей, что мой друг по - прежнему должен бывать у меня, ведь в конце концов он был прав. И вот слова эти сказаны. В ответ - слезы и уход к матери. А ее мать, не разобравшаяся в случившемся, уже считает меня негодяем, погубившим ее дочь. Мне нужно было сделать мать своей союзницей, убедить ее, что я желаю жене только добра и что у меня нет никаких других целей, как сделать нашу семью крепкой. Эта борьба за семью продолжалась почти год. И самое тяжкое было в том, что я в этой борьбе был совершенно один. Назовите мне произведение советского писателя, кинофильм или спектакль, которые бы учили молодежь строить свою личную жизнь.

В такую трудную минуту жизни я пошел к секретарю комсомольского комитета. Я не рассчитывал, конечно, получить от него «исчерпывающие указания», я просто хотел поделиться с ним своими переживаниями, своим горем. Он выслушал меня весьма невнимательно: все время ему звонили из цехов. А в конце разговора он спросил:

- Ты что же, хочешь, чтобы мы вызвали твою жену на комитет?.. Вряд ли это возможно. Ну, что мы ей предъявим?

Так и не получилось задушевного разговора с секретарем. В общем, я горжусь тем, что все же сумел спасти свою семью, сумел убедить жену в своей правоте и тем завоевать еще большую любовь с ее стороны. Но я думаю о других таких же, как я, молодых людях, вступающих в самостоятельную жизнь. И потому, обращаясь к редакции, прошу писать о житейских делах, не приглаживая трудности, без прикрас. Это поможет нам строить свою собственную жизнь. Надо, чтобы и сама молодежь писала вам о всех сложных случаях в своей жизни и чтобы вы такие письма помещали. Вот что я решил написать вам, прочитав рассказ «Третий лишний».

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте об удивительном человеке, писателе ученом, враче, авторе великолепной хроники «Пушкин в жизни» Викентии Вересаеве, о невероятном русском художнике из далекой глубинки Григории Николаевиче Журавлеве, об основоположнице теории русского классического балета Агриппине  Вагановой, о «крае  летающих собак» - архипелаге Едей-Я, о крупнейшей в Европе Полотняно-Заводской бумажной мануфактуре, основанной еще при Петре I, новый детектив Андрея Дышева «Бухта Дьявола» и многое другое.



Виджет Архива Смены