– Ау! – улыбнулась она.

– Люблю, Танька... Танюшка!..

«Валяй, поэт!..»

Чего-то не хватало. Большого. Серьезного. Нужного, как хлеб и «ода.

Ребята из пятой мехколонны листали журналы, лениво щелкали костяшками домино. Лешка истощил свой баянный репертуар. Все было как обычно, но чего-то явно не хватало. И тогда бросили домино и стали думать: чего?

– Песни, братцы, – вздохнул Лешка. – Своей, газлинской. Мелодию я бы осилил, а вот стихи...

«Братцы» схватились за карандаши. Промучились час. вышла ерунда. И тогда кто-то вспомнил: что мы себе головы ломаем, есть же поэт! Недалеко, в двух шагах, у топографов.

– Поэт? – спросили с сомнением.

– Ну да. Пазин. Кажется, Гришка...

В вагончик соседей ввалились шумной гурьбой.

– Кто здесь будет Пазин? Поднялся хлопец лет двадцати двух.

– Поэт?

– Поэт, – кивнул утвердительно. Лешка выдвинулся вперед

– Раз ты поэт, значит, выручай. Песня нужна. Наша, газлинская. Сработай, голубь, стих. Чтоб душа пела, понимаешь? Валяй, а?..

Расстались обе стороны довольные друг другом. А через несколько дней загуляла по стройке песня. Наша песня, газлинская:

Ни заветным друзьям, ни подругам Нипочем ни мороз, ни жара. Мы уходим все дальше от юга На седой и суровый Урал..

Трасса газопровода Бухара – Урал.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.