У меня был хороший друг, и звали его Янис Дониньш. Вы, наверно, помните Яниса, Яниса Дониньша, Янку? Ну, того, что всегда был душой общества, лучшим запевалой, отличным танцором, весельчаком и лучшим рассказчиком анекдотов, самым остроумным тамадой?.. Таким вы знали Яниса Дониньша. Но я знал и другого Яниса Дониньша - серьезного и рассудительного, страстного театрала, ценителя книг, собравшего великолепную коллекцию произведений всех латышских писателей. Мы встречались с ним каждый вечер. Либо мы сидели вместе в театре, а после спектакля за чашкой кофе обсуждали, пьесу, либо бродили по паркам и толковали о стихах Ояра Вациетиса, драматургии Приеде или о новых «бомбах» на поле литературной критики. Летний отдых мы обычно проводила вместе на берегу какого-либо озера, купались и жарились на солнце, ловили рыбу и раков, которых тут же варили на костре, рассказывая друг другу подлинные или вымышленные охотничьи байки. Жили мы в палатке и радовались от души тому обстоятельству, что не привязаны к одному месту. Одним словом, что мы не дачники и можем когда угодно переменить место отдыха, можем бродить по родной стороне.
Только сейчас до меня дошло, что говорю я о Янке, о Янисе Дониньше в прошедшем времени. Вы уже, наверно, разволновались, решили, верно, что Янка, Янис Донинып, может быть... Не волнуйтесь, Янка жив и здоров. Только дело в том, что он... строит дом.
Началось это так: однажды мы катались на своей надувной лодке по Юглскому озеру, ловили на спиннинг. Лодка наша немного осела, и мы причалили к берегу, чтоб подкачать ее. Откуда ни возьмись, к берегу подходит наш общий знакомый Сукур с тяжелой корзиной в руках. Поздоровались, конечно, спрашиваем: «А ты как сюда попал?» Ну, тот отвечает на приветствие и, в свою очередь, нам такой же вопрос задает. Отвечаем, что подъехали, мол, к берегу лодку подправить.
- А я, - говорит, - здесь местный житель, Вот, взгляните, картофель этот сам вырастил. Прошу покорнейше отведать.
- Итак, по рукам: картофель твой, рыба наша! -воскликнул Янка и вытащил из лодки наш улов - три увесистые щуки.
Внесли лодку на берег. Пока отпрыски Сукуров чистили картофель, а его жена жарила рыбу, сам Сукур повел нас осматривать хозяйство. Прежде всего он показал нам свой пятикомнатный дом, построенный по эстонскому проекту, облицованный красным гранитом, с большими окнами, под железной крышей.
- Железо оцинковано, - прищурив глаза, тихо, с гордостью проговорил Сукур. - Недавно покрасил. Дефицитный товар, понимаете ли... - закончил он полушепотом.
Прошли мы по чистым и красивым комнатам, а потом хозяин повел нас в теплицу. В ней, правда, ничего особенного не было, так как урожай был уже давно снят. Самым значительным нам показался рассказ про эту теплицу: она в первый же год оправдала весь вложенный в нее капитал. А в следующие годы... Да что там говорить! Сукур ни копейки из своего жалованья не потратил на дом. «Весь дом мне построила теплица...» - на этом Сукур и закончил свое повествование.
Сад. Ну, сад был просто великолепен. Каждая пядь земли в нем была использована со знанием дела. Меж сливами и яблонями - аккуратные грядки клубники, моркови, огурцов и помидоров. На кучах компоста огромные тыквы, а вдоль забора, как живая изгородь, вился турецкий боб.
- Великолепно! Просто великолепно! - восторгался Янка. - Настоящий японский садик!
- Нравится? - снисходительно улыбнулся Сукур.
- Да это рай! - прошептал Янка.
- А главное, это тот рай, из которого тебя и сам черт не выселит! - подтвердил Сукур. - А знаешь, ты ведь тоже мог бы такой дом себе построить, - неожиданно добавил он. - Здесь рядом есть свободный участок. На него, правда, зарится какой-то оперный певец, но мне, по правде говоря, хотелось бы иметь менее шумного соседа. Знаешь этих певцов... Как начнут свои гаммы тянуть, так стекла задребезжат.
- Да где мне! - со вздохом выговорил Янка. И весь вечер, пока мы катались по озеру,
Янка только и делал, что говорил о доме и саде. А вечером, когда мы автобусом возвращались домой, Янка почти уже решил вопрос о строительстве своего собственного дома. Прощаясь, он решительно заявил:
- Буду строиться!
На следующий день в обеденный перерыв я, как обычно, хотел посидеть с Янкой под нашей липой и решить вопрос, какую картину нам посмотреть, но у Янки на кино не оказалось времени.
- Я сбегаю в автомат, надо позвонить Сукуру. - протараторил он - и был таков.
В дальнейшем все совершалось с головокружительной быстротой. С помощью Сукура участок достался не певцу, а Янке.
В дальнейшем беседы наши протекали примерно так: я говорил Янке, что в следующее воскресенье открывается художественная выставка, он отвечал, что очень жаль, хотелось бы посмотреть, но времени нет: что ни говори, ведь нужно вырыть фундамент под дом. Когда я сообщал Янке, что в книжном магазине появилось второе издание «Любви» Мирдзы Кем-пе (первое даже Янке не удалось достать!), он с грустью отвечал, что ему пока придется прекратить всякие покупки, ибо дом...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.