Календарь «Смены»

опубликовано в номере №444, ноябрь 1945
  • В закладки
  • Вставить в блог

Декабрь

Помещик Шеншин

Отставной ротмистр Шеншин вернулся в свою мценскую вотчину из чужих краёв не один. С ними приехала иностранка - молодая, очень тихая, черноглазая женщина.

Вскоре после приезда приходский священник крестил новорожденного. Батюшка пренебрег толками о том, что младенец родился от незаконного брака, и записал его сыном ротмистра Шеншина.

Это было 125 лет назад - 5 декабря 1820 года. Младенец этот был Фет.

Брак признали незаконным в России. Будущий поэт принуждён был жить под материнской фамилией. Только много лет спустя, после долгих хлопот он получил фамилию отца - Шеншин.

Эта двойная фамилия наложила отпечаток на всю жизнь поэта. Он надолго ушёл от внешнего мира, ушёл в себя, в свой поэтический тайник, и отрадой Фета стала только поэзия. ЭТОЙ «обороной» определился весь ход его жизни.

Две половины души Фета-Шеншина странно уживались друг с другом. Судьба наделила одну из них именем Фета, присвоив другой фамилию Шеншина. Одна из них - нежный лирик, порывисты» поэт-чародей, полный печали, суровый и неподкупный художник. Другая - гвардейский штаб-ротмистр, потом прижимистый помещик, хозяин с трезвым, всегда владеющим собой рассудком.

Фет и Шеншин - оба были писателями. Произведения Фета полны «нежных дуновений», высокого мастерства и певучих мелодий. Он стал замечательным представителем русской лирической поэзия, певцом любви и природы.

Шеншин написал «Ранние годы моей жизни» - повесть о том, что его больше всего нанимало, «каким путём он старался дойти до куска хлеба». В ней он предстал перед нами сухой и чёрствый, ограниченный и бездушный.

Много раз Фета укоряли в пренебрежении к общественной жизни. Стихи его считались образцом бессодержательности, «безыдейным щебетанием», «возмутительным прискорбным отсутствием гражданской скорби». Сколько злых и язвительных насмешек раздавалось по адресу Фета за его «практичность», за его «шеншинство»! Даже старый друг Тургенев написал поэту: «Как Фет, вы имели имя; как Шеншин вы имеете только фамилию...».

Но Фет не отвечал на нападки. С зоркостью, которую он называл «шестым чувством», помещик Шеншин вошёл в историю литературы как блестящий мастер русской лирики, о котором строгий критик В. П. Боткин однажды сказал:

- И все-таки Афанасий Фет - непревзойдённый поэт!

Тайна княжны Таракановой

Майской ночью 1775 года контрадмиральский корабль Грейга вошёл в Кронштадтскую гавань. С корабля, окруженная многочисленным конвоем, сошла невысокого роста, стройная, редкой красоты женщина. Незнакомка немедленно была доставлена в Петропавловскую крепость и заточена в приготовленный для нее каземат. В тот же день в крепость приехал посланник Екатерины II фельдмаршал Голицын. После допроса таинственной женщины Голицын сообщал:

- Имя её - Елизавета. Отроду ей 23 года. Происхождение загадочно. Какой она нации, где родилась, кто отец и мать, она не знает. Многие называют её дочерью пражского трактирщика или нюрнбергского булочника, но это вряд ли достоверно: она хорошо воспитана и прекрасно говорит на нескольких языках.

В детстве её увезли в Персию. Князь Гали, самый богатый человек Персии, Индии и Китая, взял её в свой дом и уверил, что она дочь русской императрицы Елизаветы Петровны от тайного брака с графом Разумовским. Когда она подросла, Гали увёз её в Лондон, где вскоре покинул, оставив своей воспитаннице драгоценные камни и золото в слитках. «Принцесса Гали» завела поклонников, которых доводила до разорения.

В 1772 году она превратилась в принцессу Владимирскую и стала распространять легенду о том, что происходит из богатого русского рода князей Владимирских и приехала в Европу за находившимся в России наследством. Новые поклонники помогли ей весело прожить около двух лет. Тогда она объявила себя дочерью Елизаветы Петровны и претенденткой на русский престол.

Однажды её посетил адъютант графа Алексея Орлова - главы стоявшей в Ливорно русской эскадры - и от имени графа просил о свидании. В Ливорно к ней явился сам граф Орлов. Красавец, пользовавшийся благосклонностью женщин, он ловко прикинулся влюблённым, предложил ей свою руку и убедил посетить русский флот. После званого обеда у английского консула Орлов проводил её на адмиральский корабль, где неожиданно исчез. Подошедший офицер заявил, что она арестована...

Узница Петропавловской крепости называла себя княжной Таракановой. Она ни в чём не сознавалась и требовала свидания с Екатериной II. Голицын думал, что время и потерянная надежда на свободу заставят Тараканову открыть всю правду. Но, лишённая всего, не знавшая русского языка, она изнемогала в заточении. Дни её были сочтены. Скоро наступила развязка. Тараканова не выдержала режима Петропавловской крепости. 15 декабря 1775 года её не стало.

Княжна Тараканова на картине художника Флавицкого гибнет в 1777 году во время наводнения в Петербурге. Документы опровергают ату легенду. Узница Екатерины II угасла ещё раньше - от туберкулёза, зловеще развившегося в сырых стенах равелина, от частых допросов ее пристрастием». Никто никогда не узнал, кто погиб в заточении в Петропавловской крепости. Незнакомка унесла свою тайну в могилу.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 9-м номере читайте об Александре Беляеве - первом советском писателе, полностью посвятившим себя научной фантастике, об Анне Вырубовой - любимой фрейлине  и   ближайшей подруге императрицы Александры Федоровны, о жизни и творчестве талантливейшего советского актера Михаила Глузского,  о режиссере, которого порой называют самым влиятельным мастером экрана в истории кино -  Акире Куросаве,  окончание детектива Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев».  и многое другое.



Виджет Архива Смены