Может ли печка стать объектом искусства?
В этом вопросе нет никакого подвоха, ответим сразу: может. Но чтобы поставить все на свои места, спросим, однако, что но сказать о печке средствами пластического искусства?
Не знаю, размышляла ли об этом Зинаида Дурова, будучи учащейся Рижского училища прикладного искусства, но то, что почти каждая ее работа несет на себе зримую печать мысли, очевидно.
Итак, печка. Перед вами декоративная композиция из шамота. Но скажет и материал, бессловесны Л эта печка говорит. Почему?
Просто художница заставляет на взглянуть на нее иначе, совсем не так как мы привыкли смотреть свои и. как оказывается, до средства. Привычные, знакомые нам фор мы она перерабатывает таким о ее «Печка» оказывается столь же далекой от унылого копирования натуры, как и самоцельного абстрагирования от нее. Здесь работает то самое чуть-чуть которое и делает искусство. Пропорции несколько вытянуты, поверхности едва вогнуты. Легкая, в одно касание кисти, прозрачная роспись, импровизированная, фигурок и цветков как бы одухотворяют небольшую декоративную композицию, сообщая ей живую трепетность. И вот цель достигнута: обыкновен¬ная русская лечь оборачивается к нам своим главным, глубинным смыслом. Теперь это уже не предмет и не декоративная композиция, как написано на пояснительной табличке (хотя все это, строго говоря, остается на своих местах), а явление, часть нашей жизни. За ней – история, едва ли не от самых ее истоков, фольклор, сказочная народная фантазия, быт народа, праздники, аромат... Словом, все то, что помог паи увидеть и почувствовать художник, показав привычное в новом ракурсе.
В том, что делает Зинаида Дурова в керамике, заметен некий полемический подход к искусству. Он проявляется в какой-то приземленности. в выборе наро¬чито простых вещей. Она утверждает, что вовсе не обязательно искать поэзию в облаках или за чертой горизонта. Достаточно на самые обыкновенные вещи посмотреть не скользящим взглядом, а попытаться проникнуть вглубь предмета. И в этом смысле характерен ее Натюрморт с манекеном.
Композиция из более, предметов – швеи, но и манекена – не только красиво смотрится, но и открывает что все находящееся в орбите человеческой жизни и человеку, имеет свою внутреннюю красоту. Выявить ее и показать – задача художника. Вот почему, глядя на этот необычный с первого взгляда натюрморт мы чувству¬ем, что хотел сказать художник всякий труд высоко поэтичен, какие бы прозаические предметы он ни создавал.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Штрихи к портрету балерины Людмилы Семеняки