Их культура

Борис Егоров| опубликовано в номере №621, апрель 1953
  • В закладки
  • Вставить в блог

Микки ещё бы сто раз повторил это слово, находясь в шаманском экстазе. Но, видно, спазмы перехватили его горло, «херувима» начала душить злость, и дальше он мог только потрясать авторучкой.

В минуту просветления Спиллэйн однажды признался: «Я понимаю, что мои книги способствуют моральному разложению нашего поколения». Но это сказано не в самоосуждение. Наоборот, модный американский писатель сделал столь ценное признание с иной целью. Микки хотел подчеркнуть свои заслуги.

Труды Спиллэйна, составляющие предмет его гордости, написаны в одном духе, по одному заказу. Дух - человеконенавистнический, заказ - уолл - стритский. Недаром его романы «Курок спущен», «Я мщу», «Я - вершитель правосудия» изданы в США небывалым тиражом - 13 миллионов экземпляров. Правда, плоды спиллэйновского вдохновения слогом не блещут, но лучшего мастера сногсшибательной прозы у американских миллиардеров нет. Поэтому тут действуют по пословице: когда не хватает собак, заставляют лаять кошек.

Такой же кошкой на службе у американских пропагандистов является и небезызвестный Фрэнк Фарс, «автор криминальных историй и романов». Фарс менее известен, о нём меньше говорят, поэтому он больше говорит о себе. «Я убийца, - заявляет «автор криминальных историй и романов» - ...вкус крови разбудил во мне зверя».

В другой стране рассудили бы просто и трезво: ну, что ж, раз так случилось, что в Фарсе проснулся зверь, наденем на этого самого Фарса успокоительную сорочку с длинными рукавами или посадим зверя в клетку.

Но в США так не рассуждают и Фарса не трогают, «...ни за одно убийство я не был арестован. Мои убийства освящены буквой закона», - утверждает любимец книгоиздательских трестов и радиокомпаний.

Убийства Фарса освящены не только законом. Они освящены долларом. Им же они и оплачиваются. Радиокомпании платят «литературному убийце» (слова самого Фарса) до тысячи долларов за передачу... Спиллэйн не один. И Фарс не один. Их целая орда. Они пишут о садистах и развратниках, воспевают убийство и грабёж. Это их литература.

Они экспонируют на выставках полотна, покрытые кляксами, подтёками и грязными полосами. Это их живопись.

Они передают по радио конское ржанье, ослиный рёв и треск барабана, сочиняют «атомные увертюры». Это их музыка.

Они снимают на плёнку «чистую» работу сыщиков, похождения гангстеров, гримасы шизофреников. Это - их кино. И всё это в целом они называют «новой культурой». А что же сталось с культурой «старой»?

Бессмертные творения гениев ныне подвергаются в США «переработке», «сокращению» и прочим литературно - хирургическим операциям. Великие драмы перекраиваются в голливудские комедии. Многотомные романы «адаптируются на пятидесяти - шестидесяти страничках». В уста героев классических опер сообразительные либреттисты вкладывают слова реклам.

Это не просто глумление литературных хулиганов над именами классиков. Это диверсии, направленные на то, чтобы вытравить из великих произведении их человеческую, их гуманистическую сущность. Это попытка приспособить классиков к требованиям госдепартамента, обмануть молодёжь, выдав ей литературный суррогат за произведения гениев.

Не все романы и драмы классиков поддаются перелицовке. В таких случаях их просто запрещают, как запретили многие книги Теодора Драйвера, Уолта Уитмена и других. Учитель нью - йоркской школы не имеет права рекомендовать учащимся книгу Марка Твена «Янки при дворе короля Артура». Это запрещённая книга. Зато подросткам усиленно предлагается «Война и мир». Не Толстого, нет, - Джеймса Боссара. Это книга рекомендованная. Чем же плох Твен и хорош Боссар? Последний считает, что война - более нормальное состояние для человека, чем мир. Твен, как известно, утверждал обратное. За это он и поплатился. «Марк Твен с его призывами выступать против войны подрывает моральное состояние рядового американца», - утверждают боссы американской «культуры».

В чёрные списки комиссии по расследованию антиамериканской деятельности внесено пятьсот шестьдесят произведений видных писателей. В библиотеках к таким книгам приклеивают этикетки: «Подрывная»... Варвары пошли и дальше. Недавно мы прочли о том, что в штате Оклахома начали... жечь книги.

В 1933 году Геббельс поднёс факел к облитым бензином книгам. В Берлине запылали костры.

Спустя двадцать лет, в 1953 году, костры пылают в Соединённых Штатах.

Люди помнят, к чему привели костры на улицах Берлина. Люди знают, что выступления реакционных философов и писателей не досужая болтовня - это подготовка войны. Она начинается с отравления сознания молодёжи угаром фашистской пропаганды. И когда мы узнаём, что четырнадцатилетний Фрэнсис Варни из Миннесоты, начитавшись «комикс», зарезал свою сестрёнку ножом, мы говорим: вот чему учат молодёжь спиллэйны и фарсы. Когда мы читаем, что несколько тысяч подростков Нью - Йорка входят в молодёжные гангстерские банды, мы говорим: вот они, плоды человеконенавистнического воспитания. Когда радио из далёкой Кореи доносит до нас сообщения о зверствах американских солдат, мы говорим: фашистская пропаганда убила в этих людях всё человеческое, превратила их в орангутангов, владеющих автоматическим оружием.

Недавно издатель и редактор газеты «Аризона стар» Мэтьюс поделился с читателями своими опасениями: «Если только мы не изменим нашего политического образа мышления, мы разрушим значительную часть мира и выставим себя, а не других в качестве орды варваров XX столетия».

Поднимается голос сотен миллионов людей: не допустить распространения фашистской заразы, защитить молодёжь от влияния зачумлённой литературы, прекратить пропаганду войны!

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 1-м номере читайте о весьма неоднозначной личности – графе Алексее Андреевиче Аракчееве, о замечательном русском писателе Константине Станюковиче, об одной из загадок отечественной истории, до сих пор оставшейся неразгаданной – о  тайне библиотеки Ивана Грозного, о великом советском и российском лингвисте, авторе многочисленных трудов по русскому языку Дитмаре Эльяшевиче Розентале, о легенде отечественного кинематографа – режиссере Марлене Хуциеве, окончание детектива Георгия Ланского «Мнемозина» и многое другое.



Виджет Архива Смены