– Помним мы твоего деда, – раздается в толпе высокий голос. – Вечная память и благодарность ему от нас!
– Так вот, спрашиваю его, почему такой грустный. «Эх, – отвечает, – если бы ты знал, сколько денег мне нужно, и ты бы загрустил». У тебя все есть, говорю, чего тебе еще надо? «Того, что у меня есть, не хватит, чтобы вернуть в Мтатушети жизнь, превратить ее в цветущий сад». Такое время приходит, земляки: мечта Хуто начинает сбываться...
Илья Кавтарашвили, директор школы-интерната:
– Тридцать девять пустующих сел в Мтатушети, тридцать девять брошенных гнезд. Двадцать семь лет назад, когда открылась наша школа, учились в ней сто двадцать семь детей. Потом мы и десятка не могли насчитать. А сегодня заполнен класс. Это значит: потянулись тушины к родным гнездам. Это значит: жизнь возрождается у нас. Не иссякла она, не иссякнет.
Мы видели, что питает ее. Дорога. Высоковольтная линия электропередачи. Строительство водопровода, проекты нового тушинского жилья и социально-культурного комплекса для Омало. Многомиллионные ассигнования на строительство путей к пастбищным массивам... Сказать, что этого достаточно, – значит сознательно исказить истину: жизнь в Мтатушети очень тяжела и еще долго будет такой. Однако семидесятые годы проторили надежде и вере путь в горы, к дому и сердцу горца. В этом смысле судьба Мтатушети не исключительна: начавшийся в тридцатых годах отток населения из горных районов Грузии исподволь вытесняется новой тенденцией, и ей на службу поставлены как новые наши экономические возможности, так и новые духовно-нравственные критерии.
Это ли не основание для праздника? А вот и конкретный повод: создан тушинский животноводческий совхоз – опора, база и плацдарм намеченного социально-экономического переустройства этого горного края республики. Вот почему день рождения хозяйства отмечается как праздник. Как праздник возрождения. Вот почему десять питомцев Ильи Кавтарашвили, получивших комсомольские путевки на работу в совхоз, окружены вниманием.
Наш путь к празднику изобиловал трудностями, но длился он один день. А перед ними – целая жизнь, и вся она преодоление. Мысленно мы желали им счастья. Пусть никогда никакие сомнения не ослабят их уверенности в правильности сделанного выбора. Но и нам надо поддержать их в этом.
Говорят, никогда еще в Омало не собиралось разом столько людей, как 11 июля. И никогда у Мтатушети не было столько гостей, как в этот день. Для любого человека проявленное к нему внимание не пустой звук, а уж для горца – тем более. Скорость движения по горным дорогам определяется погодой, состоянием пути, личными качествами идущего. Горец хорошо понимает это, но и мы, жители долин, должны понять, что этого мало: движение вверх не может зависеть от этих предпосылок. Подъему нужна солидная материально-техническая база. В сочетании со взлетной силой надежды и веры она принесет столь желанное обновление...»
Мартиа Хачидзе не хватало дороги. В местах, где он жил прежде, – развитая дорожно-транспортная сеть, но Мартиа нужна была одна-единственная дорога – та, что могла связать его горный очаг с равнинной Грузией.
Мартиа Хачидзе не хватало телевидения. Там, в Актюбинске, у него был хороший телевизор, надежно отражающий жизнь края и страны, но Мартиа предпочел ему тот, что стоит сейчас в дедовском его жилище, сложенном из почерневшего сланцевого камня.
Мартиа Хачидзе не хватало работы. То есть работа у него была, и должность экономиста обеспечивала его и материально и морально, но он предпочел ей нелегкий хлеб рабочего животноводческого совхоза, потому что этот совхоз был создан в горах, где оставалось его сердце.
Мартиа Хачидзе не хватало честного рассказа о жизни гор и горцев. Помимо дороги, работы, телевизора, иных материальных, культурных, прочих благ, человеку необходимо благо правды о нем самом, о его силе, устоях. Фильм «Омало» когда-то не увидел света, но однажды и эта несправедливость была устранена. Правда о жизни гор и горцев стала достоянием литературы и искусства. Правда социальная, экономическая обрела достоинства художественной правды.
Искусство подчас экономнее самой экономики. Оно способно выразить суть проблемы, используя для этого минимум средств, но добиваясь при этом максимального эффекта.
«Место жительства отстало от жителя, не «выросло» вместе с ним...» – вот как точно выразил суть сходной и для соседней Армении проблемы мой армянский коллега Меружан Тер-Гуланян. Когда-то и мы, пишущие, отстали, отдавая щедрую дань малопродуктивной с деловой точки зрения горной экзотике, но сегодня нагоняем, наверстываем упущенное. Маститый Константин Лордкипанидзе пишет книгу «Горец вернулся в горы», в которой воссоздает историю гибели и возрождения кахетинской деревни Череми, социально-экономические проблемы Мтатушети отразились в очерках известного прозаика Гурама Панджикидзе, молодой публицист Омар Чихладзе ведет в республиканской газете «Заря Востока» рубрику «Жизнь гор», молодежная «Ахалгазрда комуни-сти» снаряжает в горные районы так называемые проблемные экспедиции... Нелепы попытки учесть прямое влияние наших писаний на замедление миграционных процессов и укрепление экономики горных районов, однако какая-то связь здесь есть.
– Та телевизионная передача убедила меня в том, что я нужен Мтатушети, – говорит Мартиа Хачидзе, неосознанно даря мне сильное доказательство необходимости моих профессиональных занятий.
Не по-хозяйски отказываться от аргументов пера, фото- и кинообъектива.
В начале тридцатых годов молодой тогда режиссер (это определение в моем очерке превращается в своеобразную формулу) Михаил Калатозов снял фильм «Соль Сванетии» по сценарию известного писателя Сергея Третьякова. «Я только что кончил писать сценарий о пуде соли, которая в преддверии Сванетии стоит рубль, а привезенная в глубину Сванетии на конских вьюках обрастает еще пятью рублями фрахта».
«Соль Сванетии» предшествовала строительству первой автомобильной дороги в Сванетию, называемую еще Верхней. Так искусство кино в самом начале своего горного пути дает заявку на осмысление социально-экономических проблем высокогорья.
У фильма «Омало» оказалась иная судьба. Хотя она и прервалась после того, как чиновники от искусства наложили запрет на эту ленту. Недавний репортаж Грузинского телевидения о празднике 11 июля был предварен показом этой прекрасной ленты. Восстановилась прерванная связь, соединились концы рассеченной нити, итог осветился истоком. Стало очевидным: не зря преодолевались девять гор. И в конечном счете фильм поработал на решение проблемы. Однако эти заметки посвящены отнюдь не высокогорью грузинского кино. Если на передний план и выдвинулась фигура человека искусства, то исключительно в силу объективной закономерности последних лет: художник оказался рядом со своим героем. Без иносказаний, в самом прямом смысле этого слова рядом.
На том же празднике в Омало мое внимание привлек подросток на красивом, нервно перебиравшем сильными ногами жеребце.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.