— Здравствуйте!— раздалось позади них.
Гианэя так стремительно обернулась, что не могло быть никакого сомнения: сна узнала голос, который слышала полтора года назад. Радость буквально осветила ее лицо.
— Наконец-то!—сказала она с полной откровенностью, протягивая Муратову руку. —(Почему вы так долго не появлялись? Я просила Марину.
В несколько дней Гианэя, словно вознаграждая людей Земли за свое долгое молчание, раскрывалась с ошеломляющей быстротой. Муратов понял, что она сказала.
— У меня не было времени,— ответил он, с трудом подбирая слова.— Я очень рад видеть вас.
Марина улыбнулась его произношению.
Гианэя не улыбалась. Она не выпускала его руки и смотрела прямо а глаза тем же пристальным взглядом, как тогда, в выходной камере звездолета, точно собираясь что-то спросить или сказать.
И молчала.
Но она видела, что Муратов понимает ее язык. Что же мешало ей задать вопрос?
— Мне жаль,— сказал он, так и не дождавшись ни одного слова с её стороны,— что я не мог раньше исполнить ваше желание.
Помня совет Стоуна и действительно испытывая затруднения в подборе слов, он, будто нечаянно, вставил в свою фразу несколько испанских. Гианэя не переспрашивала, И по ее лицу нельзя было определить, удивил ли ее испанский язык в устах Муратова или «ет.
— Вы были у нас?
Муратов понял, что она имеет в виду Полтаву.
«Она хочет спросить, видел ли я ее рисунок в альбоме»,— подумал он.
— Да, был.
Гианэя отпустила его руку.
Голос диктора сообщил о приземлении посадочной ракеты с корабля, прибывшего с Луны. Это и был тот корабль, которого они ожидали,— шестая лунная экспедиция.
Марина перевела сообщение Гианае.
— Вы так и не ответили мне,— спросила .гостья,— сколько человек участвовало в этой экспедиции?
— Восемнадцать.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.