- Точно! - кивает Женька, расправляя в руках тетрадный листок и крутя головой. - Это у меня черновик, набросок...
И он читает:
- Мы, комплексная бригада управления основных сооружений Красноярскгэсстроя, желая умножить материальные и духовные богатства нашей Родины, вступаем в могучее соревнование за право называться бригадой коммунистического труда и обязуемся... Первое - выполнять задание не ниже чем на двести пятьдесят процентов. Второе - качество работ всегда иметь безупречное. Третье - всем учиться. Четвертое - быть образцом не только в труде, но и в быту. Пятое - принимать активное участие...
Уже никто не лежит. Как только Женька произнес: «Мы, комплексная...» - все насторожились. А когда дошел до слов «коммунистического труда», мы уже стояли. Между фразами Женька делает значительные паузы, подчеркивая этим самым торжественность смысла, и тогда слышно, как задевают друг друга еловые ветки и с высокой скалы скатывается мелкая щебенка, тревожимая гнездящимися там ястребами.
- Неправильно, - подает голос Мокроусов. - Пропустил один пункт.
- Який? - вытянув шею, придвигается ближе к кругу украинец Щербина.
- Стойте! Так это же собрание, - спохватывается Витя Подлипский, вопросительно глядя на Женьку, потом на Мокроусова. - Зачем же анархия? Без президиума, без ничего. Товарищи, надо избрать президиум и вести протокол.
- Ну ладно тебе, формалист!
- А включай себя в президиум свой да вот его, и хорош! - Мокроусов подталкивает в спину упирающегося Щербину. - Иди, иди, раз доверяют!
- Еще нужен один. Зачем же анархия? - настаивает Витя, чувствуя за собой права профорга.
- Избрали на свою голову формалиста! - сокрушается Мокроусов, подталкивая Володю Желтобрюхова, оказавшегося рядом. Володя - сибиряк, двухметрового роста. Ему восемнадцать, и он примечателен тем, что выводит нас из терпения своей вечной, ни к кому не обращенной болтовней. Но зато он незаменим, когда нужно поднять какую-либо тяжесть.
- Кто - за? - Витя считает поднятые руки... - Единогласно!
Витя Подлипский подходит к выступу скалы, садится. По одну сторону от него садится Щербина, по другую - Желтобрюхов.
- Продолжаем, - разрешает Витя, став очень серьезным и важным.
- Пропустил один пункт. Каждый должен владеть не менее чем тремя профессиями. Это надо обязательно вписать.
- Добавив, в том числе бетонщика и арматурщика.
- А вот где про общественную жизнь, там, по-моему, что-то конкретное надо...
- Пожалуй, верно.
- А не многовато ли двести пятьдесят процентов? Вот новые нормы будут, тогда что? Как бы не опростоволоситься... В этом месяце триста процентов дали. А в другой раз такая работа попадется, что и на сто пятьдесят не вытянешь.
- Конечно, если паниковать, то и сто не дашь.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.