Комсомольцы зажгли в Большой Вишере первую электрическую лампочку. Было это так: молодежь решила открыть в поселке кинематограф. Проектор был получен при личном содействии Н. К. Крупской.
Движок раздобыли сами и в мае 1919 года, голодного, страшного года, на облезлой стене «клуба» задвигались немые фигуры. От комсомольского движка свет пошел в контору, цеха и некоторые дома.
Драматический кружок молодых стекольщиков за два года, 1918 и 1919 - й, показал в поселке и в окрестных деревнях семьдесят семь - вдумайтесь в эту цифру! - семьдесят семь спектаклей, в их числе такие, как «Коварство и любовь», «Бедность не порок». Кружок этот завел дружбу с одним из столичных театров и летом 1918 года в полном составе выехал по его приглашению в Петроград.
В это же время в Большой Вишере засаживают «комсомольский огород». Выращенные овощи бесплатно отдают в детскую столовую. Открываются две бесплатные комсомольские мастерские - швейная и сапожная.
В Большой Вишере формировался и Первый коммунистический добровольческий отряд Маловишерского уезда, его именем назван сейчас завод. Еще два отряда добровольцев уходили из уезда на фронты гражданской войны, и в обоих были комсомольцы поселка. Многие из них не вернулись домой.
Когда Володя был мальчишкой и зачитывался «Повестью о настоящем человеке», он и не ведал, сколько в его Вишере удивительных людей.
Сейчас он о них знает все.
Николай Иванович Гусев, один из первых комсомольцев. По решению ячейки сбрасывал с поселковой церкви крест... Внизу ужасается, люто матерится, приветствует Кольку Гусева толпа. Он намертво привязан к основанию креста - вдруг да сорвется, тогда пропала вся антирелигиозная пропаганда...
Гаврюша Хмелев. Перед отправлением 1 - го КДО ему вручили партийный билет. Гаврюша подошел к портрету Ленина: «Мы слышим твой голос, товарищ Ленин! Мы не пожалеем ни сил, ни жизни». Он геройски погиб...
Есть в поселке человек особенной судьбы - тетя Паня, Прасковья Федоровна Мусатова, красивая, статная, первая певунья в Вишере. Вся жизнь ее прошла на заводе, у пресса. Одна растила семерых детей. Трудно, горько, а все поет, все смеется.
Прежде в бесконечные ночные смены, чуть только заклюют носами стекольщики, тетя Паня (по - другому ее здесь не называют) кинет фуфайку на пол, скомандует на весь цех: «Гимнастику начинай, раз - два!» Рассмешит, растормошит любого. Улыбаются мужики и бабы: «Ну, Паня, размяла, ну, спасибо!»
... Одного за другим она потеряла пятерых детей. Совсем недавно схоронила сына. Он умер незадолго до большого заводского торжества, а в праздничный вечер тетя Паня (какое торжество без нее?) пела в клубе. Сын просил петь, что бы ни случилось...
Среди самых важных людей, несомненно, дедушка. Ушел на пенсию в шестьдесят восемь лет, имея шестьдесят лет «горячего стажа»! И Виктор Ефимов, комсомолец, тоже родственник по материнской линии. Он первым взялся за установку на своем рабочем месте вакуумного аппарата для выдувания изделий. Это была революция в технологии...
Вот чем богата в глазах Володи Вишера:
«У меня есть почти все, остается только жить. А жить есть для кого».
Что же касается внешней простоты жизни большевишерцев, то, приглядевшись, понимаешь, что это та простота, без которой нет цельности.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.