– Нет, знала. Я положила его в чемоданчик.
– Тогда почему же вы предположили, что оставили его дома?
– Потому что подумала, что это, вероятно, так и было.
– Должен вам сказать, что вы крайне небрежны в своих действиях.
– Ничего подобного!
– Ив своих высказываниях тоже.
– Вовсе нет, я никогда ничего не говорю наобум.
– Говорили вы, что укололись о розовый куст 27 июля – в день смерти Мэри Джеррард?
– Не вижу, какое это может иметь отношение к делу.
Вмешивается судья:
– Действительно ли это важно для хода судебного разбирательства, сэр Эдвин?
– Да, милорд, это важный аспект защиты: я намереваюсь доказать, что словам данной свидетельницы доверять нельзя.
Он повторил вопрос:
– Итак, вы по-прежнему утверждаете, что 27 июля укололись о розовый куст?
– Да, – вызывающе ответила Хопкинс.
– И когда же это случилось?
– Перед тем, как мы перешли из сторожки в дом.
– Что это был за куст?
– Вьющиеся розы у самой сторожки, с розовыми цветами.
– Вы уверены в этом?
В 3-м номере читайте о трагической судьбе дочери Бориса Годунова царевны Ксении, о жизни и творчестве «королевы Серебряного века» Анны Ахматовой, о Галине Бениславской - женщине, посвятившей Сергею Есенину и жизнь, и смерть, о блистательной звезде оперетты Татьяне Шмыге, о хозяйке знаменитого парижского кафе Агостине Сегатори, служившей музой для многих знаменитых художников, остросюжетный роман Екатерины Марковой «Влюблен и жутко знаменит» и многое дургое.
Евдокия Сапунова, ткачиха Калининского ордена