- И кто же из уважаемых пролетарских ученых преподал вам сии истины?
Что я мог ему ответить? Не признаваться же, что только добросовестно пересказал слышанную лекцию! И я резанул:
- Энгельс... И Маркс тоже...
- И вы их читали?
Чего он привязался? Какое ему дело, что я читал?.. При чадящей коптилке мы прочитали речь Ленина на третьем съезде комсомола, несколько тонких брошюр по текущей политике да кое в чем разобрались из «Азбуки коммунизма», а Маркса, Энгельса... И я сердито сказал:
- Что надо, то и читал.
- Очень хорошо! - усмехнулся Панютин. - А известно ли вам, молодой человек, что великий ученый Чарлз Дарвин сам был глубоко верующим христианином?
Кто такой Дарвин, признаться, я не знал, но раз он верующий, значит, не наш.
- Дарвин - ваш ученый, буржуазный, а Маркс и Энгельс пролетарские: они в бога не верили.
- Дарвин - великий естествоиспытатель, и некоторые из его положений, если я не ошибаюсь, вы приводили в своем докладе.
- Мы берем из буржуазной науки то, что верно, - нашелся я.
- Или что вам выгодно.
Теперь уже Панютин говорил без злобы: он просто издевался, унижал меня перед всеми моим же невежеством.
- Маркс и Энгельс - видные экономисты, но есть гиганты и философской мысли. Лев Толстой в основу всей жизни ставил величие божественного духа в противовес ограниченности материализма...
- Чего же Толстого попы отлучили от церкви и предали анафеме? - обрадовался я неожиданной возможности сразить своего противника.
- Его отлучили церковники, - спокойно, даже снисходительно пояснил Панютин. - Вокруг религии напластовалось много нелепого, чуждого истинной вере. Толстой очистил религию от суеверия, выгодного церковникам, и они прокляли его. Но истина заключается в его учении, в том, что он глубоко верил в божественное начало...
Панютин уже говорил не мне, а всем собравшимся, и его слушали не менее внимательно, чем меня. Я с ужасом понял, что, зная больше меня, он скорее может убедить слушателей, и тогда вся моя агитация, все мои усилия пропадут даром.
До боли в пальцах я сжал в кармане полушубка шершавую ручку «бульдога». Мне хотелось выхватить револьвер и всадить все пять пуль в наглую рожу врага. Но разве это убедит кого - нибудь в моей правоте, докажет, что бота придумали люди?
А Панютин продолжал говорить:
- Можно согласиться с докладчиком, что суеверия, вера в домовых и леших созданы самими людьми, но нельзя это смешивать с подлинной верой. Миром правит не материалистическая теория, а божественная идея, высший дух, которому подчинены все мысли и поступки людей...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.