Миновали Шарлоттенбург. Направо остались ипподром и зоопарк. Прямо под ними раскинулись Тиргартен, Бранденбургские ворота и Унтер ден Линден. Сэлмэн вновь взглянул на часы. Его сердце сильно билось. Руки, ноги холодны, как лед. Было трудно дышать.
Они пронеслись над Бранденбургской площадью и вдоль Унтер ден Линден.
- Вот! - сказал он внезапно, указывая пальцем вниз. - Видите это белое здание?
- Да.
- Видите ковры на лестнице? И флаги? И охрану? И автомобили? Мотоциклистов? Видите?
- Да.
- Они въезжают во двор!... Ну! Итак... - он потрепал Льювина по плечу. - Парни из разведки были правы.
Льювин кивнул.
- Возьмите горку и развертывайтесь на них.
Огромный самолет взревел над крышами домов в широком, подъемном вираже. На одной из крыш старая женщина перестала выбивать ковры и взглянула наверх. С другой - в полуденное солнечное небо вылетела стая голубей, блестя на солнце, словно белые листы бумаги. Самолет взял направление.
Сжав штурвал, Льювин неотрывно смотрел вниз:
- Ну, вот теперь, начальник! Они у нас на прямой!
- Хорошо! Вводите машину в пике! И цельте в самый центр двора. Круче! Льювин, круче!
В 11-м номере читайте об изобретателе уникальных методов в кардиохирургии и основоположник мировой трансплантологии ученом Владимире Петровиче Демихове, о великой балерине Тальони, об удивительной и трагической судьбе французской пианистки Веры Лотар, о жизни и творчестве художника Бориса Шаляпина – сына великого певца, окончание остросюжетного романа Александра Полянского «Жара» и многое другое.
Из речи тов. Калинина на собрании комсомольского актива