- Обрадовал, нечего сказать! - с напускной грубостью буркнул Митроша и неодобрительно покосился на старшину. - Зазимуем у черта в когтях. Ведь шуга уже!
- Не ослеп! Сам прекрасно вижу! - раздраженно ответил Костя.
Он остановился перед матросом Подгурским, взял его за надорванный лацкан пиджака и более спокойно сказал:
- Выслушайте меня, ребята, а потом митингуйте. Можете хоть до самого директора идти.
- Давай, трави до конца!
- С «Бураном» несчастье приключилось. Вал реверса лопнул. Километрах в ста от Табабастаха застряли. Миша Тукин - старшина ихний - пешком до промысла добрался. Через протоки вплавь рисковал. Рассказывают, еле дошел. Они баржу с продовольствием вели. Заведующий с промысла радирует, что продуктов совсем мало осталось. А там больше сотни рыбаков, да жены, да детишки! Понимаете?
- Да, - вздохнул Митроша. - Похоже, без речей обойдется.
- Как машина? - не глядя на Гошу, спросил Костя.
- Как всегда, - хмуро буркнул Егорушкин. - Нажми на стартер - и готово!
- Порядок! Горючее полностью заливай, да бочки четыре на корму прихвати. А ты, Митроша, получай продукты, выпиши на команду теплую одежду. «Белуху» поведем. На нижнем складе ее уже грузят. Я ведь, братцы, от имени всей команды поручился. По прочности и скорости разве наш «Люрик» сравнишь с другими катерами?
- Оно, конечно, соперников ему нет...
Старшина собрался обратно на берег оформлять документы. Слышно было, как он протопал по палубе, спрыгнул в лодку и заскрипел уключинами.
- Старшина наш - кнехт! - ни к кому не обращаясь, заметил Митроша. - Упрется, ничем не своротишь! А уж коль пообещал или слово дал... - И Цыпкин засвистел соловьем.
Непроглядная осенняя ночь уходила незаметно. Облака, сплошь загромоздившие небо, казалось, приподнялись выше. Прояснились контуры гор. На аспидно-черную воду упали тусклые бесцветные блики. Вскоре стали заметны плывущие льдины, похожие на огромные блины. Некоторые задевали «Люрика», и железные борта его глухо гудели.
Нахлобучив по самые брови пушистую заячью шапку и закутавшись в длиннополую собачью доху, Костя навалился на перила и смотрел на большую неуклюжую баржу, выкрашенную в желтый цвет. За лето краска местами облупилась. По дощатым сходням, освещенным прожектором, сновали рабочие. Доносились обрывки разговоров, скрип трапа, стук опускаемых в трюм ящиков.
- Скоро там? - крикнул Костя.
- Зачищаем! - ответил шкипер. - Готовьте буксир.
Костя заправил под шапку чуб, свисающий на глаза, взял пешню и принялся сбивать с бортов лед. Осколки его с бульканьем посыпались в воду. Затем он спустился в кубрик и разбудил команду.
- Эх, и сон же я замечательный видел! - Митроша до хруста в суставах потянулся и соскочил с койки. - Зря не дал досмотреть, старшина. Понимаешь, идет девушка...
- Точь-в-точь Дуся Лукьянова! - моментально догадался Костя и заговорщицки подмигнул.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Новые киностраницы о жизни вождя