- Постой... Ты, что же, оставил там отпечатки пальцев?
- В том-то и дело... Разве я знал, что так получится?
- Ага... Да... Постой, однако же, ну пусть даже так. Ведь все выяснится, едва нас проверят... Глупости, глупости! И стимула и убийству нет никакого, не так ли? Пусть подозревают на здоровье, доказательств-то никаких мет!
- Все это так. Но если будут подозревать, то будут и расследовать, понимаете, сэнсэй? И пока эти идиоты не уяснят досконально сущности нашей работы...
- Ох, как скверно!
Да, теперь я понял. Он заметил, что я понял, и несколько смягчил тон.
- Ужасно скверно, сэнсэй. В первую очередь пронюхает пресса. Об убийстве сразу забудут и примутся расписывать нашу деятельность. Мыто можем себе представить, какими красками они будут расписывать: «Растоптано достоинство личности»,
«Кошмар машинного века»... И все такое прочее... Тут он спохватился и замолчал. Вероятно, он вспомнил мои вчерашние сомнения и испугался, что причиняет мне двойную боль.
- Кажется, ты прав. Мы должны срочно продемонстрировать практическую пользу, дать какой-нибудь впечатляющий результат, иначе нашу деятельность сочтут общественно опасной... А если хоть кто-нибудь выскажется в таком духе, все пропало. Комиссия и без того трясется от страха, как бы чего не вышло. Она воспользуется первым же подходящим предлогом, чтобы поскорее разделаться с нами... Но ты молодчина, я и не подозревал у тебя таких способностей. Тебе бы детективом быть. Или адвокатом.
- Да нет, сэнсэй, я ведь тоже не сразу пришел к такому выводу. Просто мы столько времени следили за ним, потом я стоял там за дверью... От всего этого у меня осталось впечатление чего-то зловещего, и когда я прочел эту заметку, то сразу инстинктивно почувствовал: нет, убила не женщина, там был кто-то другой. Ну, а раз так, то подозрение прежде всего падет на нас. И если мы дорожим нашей работой, пятиться нельзя. Остается только упредить их и ударить первыми.
- Ударить... гм...
- Да, поэтому дела с комиссией надо уладить прежде, чем нанесут удар они.
- Я думаю, это будет нетрудно, если действовать через Томоясу... Но чтобы никаких признаков робости! Твердо стоять на своем: это-де необходимо для разработки проекта.
- Правильно, сэнсэй. Да и за объяснениями нам лезть в карман не придется. Вот, например, скажем, есть сейчас свежий, с иголочки, труп.
- Труп?
- Да. Материальное воплощение вывода машины относительно будущего. Я слыхал, что у мертвецов, которых хранят должным образом, нервная система живет целых три дня после клинической смерти.
Словно вдруг пришло утро на улицы моего мозга, распахнулись двери, и клеточки энергично принялись за работу. Ерики опять утер мне нос. Ну что за пройдоха! Впрочем, обижаться не приходится. Придет время, и он заменит меня.
Неплохо. И даже не в качестве предлога неплохо. Это по-настоящему любопытный замысел... Нет, право, начать с трупа - это отличная идея!
- Ну-ка, посмотрим. Пусть это будет первый пункт математической индукции... Далее, вторым пунктом будет женщина... А ведь отличные экземпляры подобрались, сэнсэй, а? Хотя не наша это заслуга...
- Если все пойдет хорошо, то должен оказаться еще и истинный преступник. Он что, будет третьим пунктом?
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.