- Вот погоди, получу двойку по диамату - узнаешь, как заставлять меня мыть полы!
Трудно сказать, что толкнуло Иванову добровольно поехать в Акмолинскую область на уборку урожая. То ли мечтала она о красивой медали «За освоение целинных земель», то ли просто увязалась с подругами Инной Поповой, Людмилой Швецовой, Галиной Шхер... С ними можно было откровенно поговорить о «стильных мальчиках» и модных дамских брюках, о нарядах, которые собирается подарить ей мать к началу нового учебного года.
В первый же день работы Светлана поняла, что орудовать вилами куда труднее, чем выделывать замысловатые «па» в фокстроте. Особенно раздражал ее неугомонный Ильюшенко.
- Нужно его на свое место поставить, - говорила она Швецовой и Шнер. - Слишком много он хочет от нас. Не будем подчиняться, и все!
Как - то на рассвете Станислав разбудил Швецову, которая исполняла обязанности повара:
- Вставай. Уже шесть часов.
- Ну и что? - лениво переспросила Людмила, - Все равно сегодня работать не будем. Вон какой дождь хлещет.
- Дождь дождем, а дисциплина дисциплиной, - отрезал Ильюшенко. - Завтрак должен быть приготовлен вовремя.
- Поедят и хлеб с молоком. А ко мне не вяжись. Спать хочу, - сказала Людмила и завернулась в мягкое байковое одеяло.
Над нарами поднялась заспанная голова Галины Шнер.
- Чего ты разорался здесь? - нарочито громко спросила она. - Поглядите, девочки, на него. Он всерьез считает, что может командовать нами!
От ее шума проснулись другие «англичане», и вдруг все разом набросились на Станислава:
- Взял моду будить ни свет ни заря! Ильюшенко изумленно обвел взглядом нары вышел за дверь. Уже на улице он услышал, как в комнате прозвучал насмешливый голос Ивановой:
- Что, съел? Эх ты, бабий командир! Станислав не понял, что произошло с «англичанами». Некоторые из них демонстративно отворачивались от него и откровенно смеялись над его распоряжениями. Другие отмалчивались. Выработка, которой и так не могла похвастаться эта бригада, стала еще ниже. Станислав нервничал, стал вспыльчив и груб. На таких, как Швецова и Шнер, он пытался воздействовать строгостью.
- Приедем в институт, комсомольскими билетами поплатитесь за срыв работы! - крикнул он как - то в запальчивости.
Это лишь подлило масла в огонь. Теперь по утрам его встречали только ругательствами.
Девушки из второй бригады пробовали образумить «англичан»:
- Разве можно так обращаться с парнем? Ведь это травля!
- Не лезьте не в свое дело, институтская серость! - презрительно отвечала Иванова. - Обойдемся как - нибудь без вас!
Ильюшенко не выдержал. Он написал записку Валентину Луговому с просьбой срочно приехать в отряд. Луговой жил а соседнем полевом отряде студентов и поэтому приехал на следующий же день. Он внимательно выслушал Станислава и сокрушенно покачал головой:
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.