Телефон зазвонил прерывисто и необычно громко. Константин Орлов от неожиданности вздрогнул и быстро поднял трубку.
- Дежурный боец слушает.
В трубке послышался взволнованный голос:
- На шахте «Малютка», на участке № 2, пожар!...
Орлов включил сигнал боевой тревоги. По коридорам протопали десятки ног. В гараже взревели моторы машин.
Через несколько минут бойцы уже были в шахте. Подбежав к началу лесовозного штрека, они увидели клубы дыма, а вскоре и пламя. Развернув план шахты, начальник горноспасательной части Владимир Петрович Кобянок тут же отдал распоряжение:
- Немедленно выводите людей из лав 17 - й и 34 й! Приготовить перемычку!
В лавах 17 - й и 34 - й наступила непривычная тишина. Перестал грохотать угольный комбайн, остановились транспортеры. Шахтеры, с опаской поглядывая на клубы дыма, спешили на поверхность.
Пожар мог вывести из строя самый крупный участок. Причина пожара была ясна: самовозгорание угля. Когда в трещины пласта проникает воздух и начинается окисление угля, тепло постепенно накапливается, и, наконец, вспыхивает огонь. Раньше такие пожары были большим бедствием. Их тушили по нескольку лет.
... Бойцы быстро соорудили перемычку и закрыли доступ огню и дыму в лесовозный штрек. Потом подвели к месту пожара трубы и шланги, подготовили к работе монитор. Точно над тем местом, где на глубине 70 метров бушевал огонь, установили буровые станки, чтобы пробурить скважины к очагу пожара и через них тушить его.
В это время в шахте кто то из горноспасателей предложил:
- Может, начнем? Когда они еще сверху пробурят скважину?
Кобянок колебался. Он знал, что там, за перемычкой, температура не меньше 70 градусов. Тушить подземный пожар при такой температуре не только трудно, но и опасно. Правила разрешали работать при температуре 40 градусов, и то не более 25 минут.
- Разрешите попробовать? - подошел к начальнику помощник командира взвода Николай Красинский.
- Ну что ж. Первыми пойдут Чмутин, Новоселов, Башуров, Мисайлов и Синюков, - распорядился Кобянок.
Вскрыли лаз в перемычке, и первые горноспасатели проникли в небольшую подземную камеру. Она была заполнена густым дымом. До породы нельзя было дотронуться даже рукой а перчатке, так она раскалилась. Все приходилось делать вручную. Работали кайлом и лопатой.
- Владимир Петрович с тревогой посматривал на часы. Работали уже полчаса. Наконец в лазе показалась фигура первого бойца. Сняли маски, жадно потянулись к воде. Кое - кто еще пытался шутить:
- Вроде как в центре земли побывали!
А тем временем через лаз ушла вторая группа горноспасателей.
Неожиданно на бойцов посыпались мелкие куски породы, и вслед за этим хлынули потоки воды. Это пробурили, наконец, скважину и через нее пустили воду. Работать стало легче: спала жара.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.