В тот год весна началась бурно. Запоздав, она бушевала вовсю, наверстывая упущенные дни. Снег убывал на глазах, талая вода затопила низину и вечером, подойдя к лесу, стала проникать в овраг, где на листьях прошлогоднего папоротника дремал лосенок.
Всего пять дней назад он появился на свет и еще ни разу не выходил из оврага. Первые три дня лосиха - мать почти не покидала его. Но на четвертый день малыш остался один.
... С рассвета что - то забеспокоило лосиху. Она встала и, высоко задрав морду, потянула воздух. Затем наклонилась к лосенку и, нежно лизнув его теплую и влажную мордочку, в несколько прыжков выскочила из оврага и бросилась напролом в густой молодой осинник. Еще через несколько секунд раздался выстрел, и над лесом гулко прокатилось эхо.
Испугавшись, лосенок припал к земле и так лежал, не двигаясь, до самого вечера. Проходил час за часом - лосиха не возвращалась. И только глубокой ночью лосенок услышал шаги, а затем тяжелое, переходящее в глухой храп дыхание матери. Изголодавшийся за день малыш вскочил и сразу потянулся к ней. Но раненой лосихе было трудно стоять. Ее еще недавно сильные ноги дрожали, грузное тело медленно оседало. Лосенку приходилось неестественно выгибать шею, чтобы не выпустить из своих губ упругое вымя.
Наконец лосиха легла. Она несколько раз пыталась встать, но ноги не слушались, копыта скользили по влажной земле, оставляя на ней глубокие кривые борозды. Лосиха еще раз подняла голову. Краем глаза она видела склонившегося лосенка, который теребил и теребил похолодевшее вымя. Потом голова ее упала, и лосиха, вздрогнув, затихла.
Остаток ночи прошел тревожно. Лосенок несколько раз начинал засыпать, и тогда он ощущал на губах приятный вкус молока, жадно глотал, захлебывался, но не мог насытиться и снова просыпался.
Неожиданно что - то холодное лизнуло его живот. Лосенок вскочил. Под ним медленно расползалась лужа. Ему было холодно стоять в воде, и он выбрался из оврага. Оказавшись на сухом месте, малыш успокоился и стал с любопытством смотреть вниз - туда, где лежала мать...
Вдруг его ноздри расширились, задрожали. Лосенок уловил доносившийся откуда - то знакомый запах молока.
Неподалеку, посреди небольшой поляны, у старой копны стояла на привязи корова. Белолобый теленок, неуклюже растопырив передние ноги, сосал ее вымя. Теплый густой запах парного молока распространялся вокруг. Этот - то запах и насторожил лосенка. Чуткий нос малыша тотчас же безошибочно определил, где так вкусно пахло.
Он пробежал через кустарник и направился прямо к корове. Она встретила его неприветливо: нагнула свою безрогую голову и сделала шаг навстречу, сильно натянув привязь. Малыш на секунду остановился. Теленок повернул к лосенку свою добродушную мордочку. Тот проворно слизнул с его теплой губы капельки молока. Бычок тоже не остался в долгу: и его шершавый язык коснулся мягкого носа лосенка.
А когда к копне подошел Сережка, голубоглазый пострел, внук лесника, бычок я лосенок были уже молочными братьями. Мальчуган очень удивился, увидев, как они, прижавшись к корове с обоих боков, мирно и дружно сосали.
- Дедушка! - закричал Сережка, не помня себя от радости. И спугнул лосенка. Насытившись, лосенок стал осторожнее. Он шарахнулся от коровы и, недовольный, потрусил в кустарник.
Сережка вернулся к дому и торопливо рассказал леснику все, что видел.
Они прошли поляну и углубились в кустарник. По талому снегу, истыканному капелью, следы лосенка вели в овраг. Старик и мальчик спустились туда. Невеселая картина открылась их взору. На дне оврага лежала наполовину затопленная водой туша лосихи. А лосенок стоял над ней и отчаянно толкал ее своим тупым рыльцем в окоченевший бок. Увидев людей, он лег прямо в студеную воду, пытаясь спрятаться за животом матери.
- Смотри, Сергей, что браконьеры натворили, - зло сказал лесник, подходя ближе. - Эх. я бы их!... - Дед не договорил. Он нагнулся и взял лосенка на руки. Малыш доверчиво прижался к крепкому плечу старика.
Лосенка поместили в хлеву. Первое время он дичился, но потом привык и перестал бояться людей. Каждое утро малыш приходил к крыльцу и дожидался, когда выйдет Сережка или старик с кусочком ржаного хлеба, посыпанного солью. Сережка души не чаял в лосенке. Он целые дни проводил с ним. Лосенок тоже все больше и больше привязывался к мальчику.
Так прошли четыре месяца. Наступило время утиной охоты.
Однажды лесник вернулся с вечерней тяги недовольный. Лет был богатый, но старику не повезло: принес он только одного крыжака да двух небольших чирят.
- Барахлит моя тулка, бес ее возьми, - ворчал старик. - А может, и заряд не тот...
На другой день проснулся дед поздно. Солнце стояло уже высоко, когда он с ружьем в одной руке и листом бумаги в другой появился на крыльце.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.