В один из январских дней 1944 года в коломенском учебном лагере Н-скому истребительно - противотанковому полку вручалось Красное знамя. В торжественном молчании застыли шеренги бойцов. Сотни взволнованных взглядов были устремлены на алое полотнище знамени.
- Берегите это знамя, - сказал артиллеристам командир бригады полковник Лизюков. - Знамя - ваша честь, ваша слава. С достоинством пронесите его через любые испытания!
- Клянемся! - торжественно произнес командир полка.
- Клянемся! - как могучее эхо, покатилось по рядам артиллеристов.
В напряженной учебе, в нелегком солдатском труде прошла зима...
А теплой весенней ночью полк погрузился в эшелон, и поезд умчал артиллеристов на север.
Через неделю истребительно - противотанковая бригада заняла позиции на одном из участков фронта северо - западнее Ленинграда. Готовилось большое наступление. Батарея, в которой служил сержант Владимир Николаев - молодой артиллерист, бывший прокатчик с завода «Электросталь», - получила приказ установить орудия в ста метрах от вражеских укреплений.
Артиллеристы гатили болото, рыли траншеи, строили укрытия для орудий. Чтобы не выдавать себя шумом, они рубили деревья далеко в лесу и приносили тяжелые стволы к самой передовой на руках...
Стояли белые ночи, и только густой туман, поднимавшийся над болотом, надежно укрывал артиллеристов.
На рассвете 10 июня, когда на востоке заалела полоска зари, тишину нарушил одинокий выстрел. Вслед за тем по всему лесу прокатился грохот орудийных залпов... Задрожала земля. Сквозь тучи пыли и порохового дыма бойцы видели, как прямо перед ними развалилась бетонная чаша вражеского дота, а на месте блиндажа появилась черная яма.
Огненный вал медленно переползал на вторую линию траншей, в наступление пошла пехота. Уцелевшие вражеские пушки и пулеметы встретили атакующих огнем. Но, словно из - под земли, перед гитлеровцами выросли противотанковые орудия.
Поймав в панораму пулеметное гнездо, сержант Николаев выпустил несколько снарядов. Пулемет замолчал.
В широкие проходы, пробитые в заграждениях, ринулись наши пехотинцы, пошли танки.
Поддерживая атакующих, Николаев посылал снаряд за снарядом, пока над полем боя не появился «Юнкерс». Самолет метнулся вниз, и через несколько секунд Николаеву показалось, что земля под его ногами раскололась...
Придя в сознание, Николаев попытался встать. Но ноги подкашивались: они стали слабыми, словно ватными. Николаев смотрел на исковерканный ствол орудия, на лежавших рядом товарищей. Над его головой пролетали краснозвездные истребители. Мимо бежали люди.
Но все это было, точно в немом кино. Он слышал только тонкий, пронзительный звон...
«Оглох», - с тревогой подумал Николаев. Шатаясь и падая, он побежал к одному из танков и, сделав отчаянное усилие, вскочил на машину.
- В правом углу поляны орудие! - не слыша собственного голоса, крикнул Николаев в приоткрытый люк.
Башня плавно развернулась. Танк дал несколько выстрелов по правому углу поляны.
- У одинокой сосны пулемет!... - продолжал Николаев указывать цели, которые были ему хорошо известны.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.