- К тебе. Идём, а то опоздаешь... Времени-то уж мало осталось...
- Сейчас, сейчас... - заторопился Довгаль.
- Куда, это ты, Иван Никифорович? - спросил кто-то из колхозников. - Что за дела у тебя завелись, о которых мы не знаем?
Иван Никифорович, улыбающийся, смущённый, должен был открыть «великую тайну»:
- На репетицию опаздываю, в клуб. Я в «Женитьбе» Яичницу играю.
Довгаль с Рощенко вышли, простившись со всеми, а колхозники долго ещё шутили:
- Наши Иван Иванович с Иваном Никифоровичем не поссорятся, это не то что миргородские... Наши - народ дружный, в уважении живут, общее дело делают, для народа...
Они и не подозревали, что как раз в эту минуту, по дороге в клуб, Иван Иванович ссорился с Иваном Никифоровичем.
- Одной, агротехники, Иван Никифорович, мало в современном сельском хозяйстве. Агролесомелиорация нужна, - доказывал Иван Иванович. - А вы народ неповоротливый...
- Это я - то неповоротливый? - возмущался Иван Никифорович. - Я, который во всём поддерживаю тебя, первый откликаюсь?! Разве мало мы сделали...
Но тут они дошли до клуба и скрылись за его дверью. На улицах снова стало тихо, и только какой-то приезжий спрашивал встречного сорочинца:
- Вы не скажете, как пройти в Музей Гоголя?
МИРГОРОД
Нет нынче и в Миргороде прежних Довгочхунов и Перерепенок. Нет и знаменитой лужи, служившей единственным украшением города и которую городничий стыдливо называл озером. На её месте стоят высокие красивые дома. Рядом с бывшей лужей открыт источник целебной минеральной воды «тирады», и теперь здесь, на курорте, ежегодно лечатся тысяча больных.
Курорт, большая железнодорожная станция с вместительным благоустроенным вокзалом, керамический техникум, школы, заводы превратили Миргород из захолустья в шумный и многолюдный город.
С приходом советской власти здесь проснулась сама земля. Её богатые недра дают стране и целебные воды, грязи, и ценные глины для керамического производства, и многое другое.
Техник-оператор Миргородской геофизической экспедиции комсомолец Пётр Волынский - один из новых людей нового Миргорода. Он с увлечением много часов подряд может рассказывать о том, какое это замечательное дело - разыскивать «клады» земли. Не с помощью Басаврюка и колдовского цветка папоротника раскрывается перед ним тайна глубоко залегающих геологических пластов - сложнейшая отечественная аппаратура приходит на помощь комсомольцам каротажной партии.
- Каротаж, - охотно объясняет Волынский, - это электрическое исследование земли. Залегание пластов, мощность, сопротивляемость, их температура - всё можно узнать при таком способе исследования. Специальные приборы фиксируют данные... Автоматика всё чаще приходит к нам на помощь, и, пожалуй, мы, техники, скоро инженеров догоним... Впрочем, инженеры тоже на месте не стоят...
Лаборатория Петра Волынского смонтирована в автомашине. Партия, вызванная по радио, может в любую минуту выехать в указанный район и начать работу.
В долгие зимние вечера в домике на колёсах тепло, горит свет и рабочие на досуге слушают, как кто-нибудь из техников, Волынский или его «напарница» Степанида Кривоносова, читает вслух книгу.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.