Жестокие слова произнесены. Я чувствую, как рушатся мечты Игната Степановича, и Дуняши, и женщин - колхозниц... Всё во мне холодеет.
Майя отходит немного в сторону, садится на траву и вдруг принимается плакать, плакать взахлёб.
- Виноградова, сюда стекает достаточно воды. Добавлять нет необходимости, а тем более солёной...
Это сказано тем неумолимым тоном, каким Геннадий Фёдорович пресекает попытки проваливших зачёт студенток разжалобить его.
Стараясь овладеть собой, Майя сдерживает слёзы, но всхлипывания прорываются, громкие, детские. Мы с Борисом следим за Геннадием Фёдоровичем, снова листающим журнал.
- Так, так, - рассуждает он сам с собой, - отлично.
И робкий огонёк надежды загорается в наших сердцах.
- Что ж, - обращается профессор к нам после небольшого раздумья, - подытожим... Прошу и вас, Виноградова...
Заплаканная Майя присоединяется к нашей группе.
- Если бы вы, товарищи, представили такую работу в конце практики, я был бы весьма неудовлетворён, - начинает Геннадий Фёдорович ворчливо. - Да, да, через месяц вы будете обязаны с первого взгляда, не тратя времени на съёмку, браковать подобный объект. Разве это балка? - Он протягивает руку вперёд. - Совсем плоская. Не чаша, а корыто...
Обескураженные, мы молчим.
- Но это ваш первый самостоятельный шаг, - продолжает профессор, - и я не ставлю вам в вину, что вы не поверили собственным глазам. Пли вы не заметили очевидного, - добавляет он вскользь. - Зато съёмка сделана мастерски. Вы убедительно доказали, что строить здесь пруд для орошения нецелесообразно. Практика ваша начинается толково. Я ставлю вам пятёрку.
Что это: издевается он над нами, что ли?
Я вижу: Борис, красный, как пион, хочет что - то сказать, но губы дрожат, и он не может выговорить ни слова. У Майн в широко раскрытых глазах недоумение и боль.
- Пруда не будет, а вы нам пятёрку ставите, - выдавливает Борис с трудом.
Майя, коснувшись руки профессора, умоляюще говорит:
- Но... мы не можем оставить колхоз без пруда... Им очень, очень нужен пруд!
- Ах, вот оно что! - насмешливо восклицает профессор и весь преображается. Умным, понимающим, отеческим взглядом он обводят наши взволнованные лица.
- Почему же вы, однако, решили, что на этой плоскодонке свет клином сошёлся? Дайте сюда планшет.
Добродушно посмеиваясь, он напоминает нам, что колхоз ведь укрупнённый. А на массиве в шесть тысяч гектаров таких «даров природы», как балки, хоть отбавляй. Он внимательно рассматривает карту:
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.