- Работа, учеба, тренировки, сама знаешь, - пытался я оправдаться. О «мужской этике» я, конечно, не сказал ей ни слова.
Она строго посмотрела на меня, а затем уже с улыбкой, не то в шутку, не то всерьез, сказала:
- Хорошо. Можешь не оправдываться. Но сегодня ты мой пленник!
Словно в подтверждение того, что я действительно ее пленник, Зина крепко взяла меня за руку.
Зимина мама - седенькая Дарья Никитична - накормила нас вкусным борщом, угостила блинчиками с вареньем.
Дома у Зины очень хорошо - чисто, уютно. Посидеть бы тут, но сюда может зайти Федя, еще подумает что - либо... Отсидев для приличия положенное, на мой взгляд, время, я собрался уходить.
- Нет, дружок! Даром тебя блинчиками кормили? - Зина рассмеялась. - В порядке выполнения общественной нагрузки ты сейчас пойдешь со мной в парк.
- Не могу, Зина, устал, да и пора домой.
- Отговорки не принимаются. - Зина схватила мою кепку и направилась к двери. - Мама! Мы ушли.
Хорошо летом в нашем городском парке! Он раскинулся на холмах, и высоченные деревья растут здесь так густо, что ветви их, переплетаясь, образуют сплошную зеленую крышу над дорожками. Дышится здесь легко, полной грудью... Мы с Зиной забрались на вершину одного из самых высоких холмов парка.
Перед нами лежал город, утопающий в зелени садов. Вдруг мягкий луч заходящего солнца упал на зинино лицо, и оно показалось мне таким милым, что я поневоле залюбовался им.
Скажу прямо, в эту минуту я по - настоящему завидовал Феде, которого любит такая девушка. Мне от души было жаль, что из - за какой - то выдуманной Федей «мужской этики» я не могу даже быть ей просто товарищем.
При одной мысли о том, что завтра, вероятно, Федя заведет со мной разговор по поводу нынешней прогулки, хорошее настроение, появившееся у меня в парке, сразу пропало. Это заметила Зина и опросила:
- Что с тобой, Павлик? Тебе тут не нравится?
- Нет, здесь очень хорошо, но я просто устал, а завтра рано вставать на работу. Пора идти.
Зина немного помолчала, а затем, глядя на меня в упор, спросила:
- Скажи, Павлик, я хоть немножко тебе нравлюсь? Вопрос был неожиданным. Я чуточку подумал, прежде чем ответить.
- Да, нравишься. Как товарищ. Как хороший товарищ...
- Только?
- Только. Девушка, которую любит мой друг, не может быть для меня ничем больше.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.