Дни мои похожи один на другой. Полдня убивает школа. Директор хотел взвалить на меня еще какой - то кружок, с трудом отвертелась.
Домой прихожу часа в два. Свободного времени, как видишь, остается много. Но что толку! Пойти все равно некуда. Даже на танцах в здешнем Доме культуры не была ни разу: не с кем... С учителями почти не знакома. Слишком разные мы люди. Они живут тут с детства, ко всему привыкли. Сами нянчат детей, сами ходят на рынок, сами топят печи. Суди теперь, много ли у меня с ними общего...
В воскресенье десятиклассники ездили в колхоз на уборку картошки и с ними одна молодая учительница - ленинградка, дочь профессора. Ты знаешь, другие меня не удивляют, но она, ленинградка, дочь профессора, нарядилась в мужские сапоги и ватник, как деревенская баба...
Когда я подумаю, что могу стать похожей на нее, меня просто жуть берет.
Без конца вспоминаю Москву и всех вас. Вчера проревела полдня: перебирала вещи и наткнулась на бежевую крепдешиновую блузку - помнишь, в складку? С тех пор, как я здесь, я ее ни разу не надела.
Вот так и проходит моя жизнь. Ну, ладно, хватит об этом...
Два дня назад получила письмо от Алексея Федоровича. Помнишь, который весной делал мне предложение? Он пишет, что его не обидел мой отказ и что если я когда - нибудь стану его женой, он будет счастлив исполнять все мои желания. Все - таки он очень благородный человек! И, знаешь, иногда мне кажется, что, может быть, именно он способен дать мне максимум счастья, по крайней мере в материальном отношении.
Лилечка, ради бога, не подумай, что я готова выйти замуж за нелюбимого человека только ради того, чтобы вернуться в Москву. Уверяю тебя, что из - за трех лет я не стала бы и думать об этом, да и выбраться отсюда в конце концов не так уж трудно, тем более, что наш старик - директор вряд ли стал бы меня особенно удерживать. Нет, дело не в этом. Просто за один месяц я стала намного старше. Я уже не прежняя беспомощная девочка и понимаю, что одно дело - в пятнадцать лет мечтать о принцах, а другое - реальная жизнь. Ты подумай, если бы я даже вернулась сейчас в Москву, что меня ждет? Снова просить у мамы пятерку на кино и считать праздником, когда кто - нибудь пригласит в ресторан? Или работать секретаршей на пятьсот рублей и ждать, пока счастье само придет? Но сколько ждать, да и дождешься ли вообще? Нет, Лилечка, человек живет только один раз, и если он сам о себе не позаботится, о нем никто не позаботится. А принцы бывают только в книгах... Ты, конечно, спросишь: «А как же Витя?» Я сама об этом много думала. Все - таки он мне нравился больше всех ребят, и я к нему очень привыкла. А когда теперь я вспоминаю, как он часами стоял в очереди под дождем, чтобы на последние деньги купить мне билеты в Большой, как он, при всей его идейности, старался ради меня остаться в Москве, я чувствую к нему почти любовь. Даже его нотации и попытки перевоспитать меня приятно вспомнить.
Недавно я опять получила от него письмо. Вначале, конечно, нравоучения, а потом пишет: «Ваши дожди и грязь чувствую почти физически. Как бы мне хотелось быть рядом с тобой, чтобы носить тебя на руках из дома в школу и из школы домой!» А в конце намекает, что раз уж я все равно живу не в Москве, то не лучше ли нам быть вместе в Ярославле - недавно ему повысили оклад. Как это мило и как по - детски...
Ну, до свидания, Лилечка, надеюсь, до скорого!
Письма моего никому не показывай, даже Гретке, ведь я еще ничего не решила, пока это все одни разговоры...»
Спрятав письмо в сумочку, Лина снова легла на кровать и стала думать. Но, как обычно, от мыслей она скоро перешла к мечтам, а в мечтах все выходило гораздо лучше и красивее, чем в жизни. Она так и заснула, не раздевшись, не потушив свет, только прикрыв глаза рукой.
Минут через двадцать к ней в комнату заглянула хозяйка с кумой.
- Умаялась, - шепотом проговорила хозяйка, - как дитё, спит.
- Как дитё, - согласилась кума.
- Катька - то ваша на учительницу обучается? - спросила хозяйка.
- На учительшу. Старухи помолчали.
- Не простыла бы, спит - то открытая, - сказала кума.
Хозяйка принесла пуховую шаль и осторожно укутала Лину. Та заворочалась, что - то зашептала.
- И во сне - то с ребятней воюет, - покачала головой хозяйка, - все об них и думает.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.