МЫ ПРИВОДИМ ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ С ОДНОЙ ИЗ ДЕВУШЕК - РАБОТНИЦ, ЖИВУЩИХ В КРАМАТОРСКЕ, В ДОМЕ № - 89, НА 18 - М УЧАСТИЕ. ПО ЕЕ ПРОСЬБЕ МЫ ИЗМЕНИЛИ В ЭТОМ МАТЕРИАЛЕ ИМЕНА.
Только одна девушка из нашей комнаты проводит свободное время со своим любимым. Парень ее, тихий и вежливый, приходит к нам в общежитие один раз в два вечера, когда он бывает свободен от учения; они тихо разговаривают и пересмеиваются, а мы сидим вокруг и стараемся казаться безразличными.
Когда они уходят, начинаются у нас бесконечные разговоры. Не обходится без того, чтобы не поговорить о парнях. Я слушаю насмешливые слова, и кажется мне, что не хочется смеяться девчатам, а потешаются они только для того, чтобы скрыть свои скучные мысли... Придешь с завода, сделаешь кой - какие дела по домашнему хозяйству, книжку иной раз почитаешь, поговоришь с соседками по койке - и вот прошел один день твоей жизни.
И много нас, таких девушек, что проводят время не так, как полагается в нашем молодом возрасте, а живут вроде каких - то монастырских послушниц.
Про иную из нас могут сказать, что не нравится она парням, потому и сидит одна. Но это - про немногих. Есть у нас такие девушки, что в огонь и воду за них ребята пойдут, а они находятся в таком же печальном положении.
И это в то время, когда парни каждый вечер, как только стемнеет, подходят к нашему дому, к дому девушек Краматорского завода, и сидят здесь на длинных скамейках по 4 - 5 часов, дожидаясь пока мы к ним выйдем. И мы иной раз из - за занавесок поглядываем на них и видим, что многие ребята очень симпатичны с виду и красиво одеты, но только иметь с ними дело мы не хотим.
Кое - кто из девчат выходил к ним вечером, одна девушка вынесла одному из них воды в общественной кружке, но после этого отношение всех подруг к этим девчатам переменилось к худшему, и они теперь по вечерам тоже сидят дома.
Все это получается от того, что некоторые ребята привыкли к грубому поведению и не умеют себя вести. Я говорю не про всех ребят, а про тех, кто часто гуторят под нашими окнами.
Когда одна из девушек выходит на улицу, поднимается целая кутерьма: один начинает кукарекать, другой - блеять, третий - мяукать, четвертый норовит схватить за руку, пятый глупо гогочет и лезет обниматься. Это, по их мнению, называется «ухаживать».
Через несколько мгновений девушка возвращается в свою комнату или поскорее уходит в сторону от этой оравы.
Из этой публики особенно выделяется Ванька, из сталелитейного цеха. Он считается веселым малым, заводилой и любимцем своих товарищей. Только изредка он стоит спокойно на месте, не ерзает, не кривляется - и тогда это парень как парень: неглупый, остроумный и красивый. Но большей частью он несет какую - нибудь похабщину, передергивает плечами, щелкает языком, задевает окружающих и сам не замечает, в какого тупого урода он превращается.
Со мной он почему - то всегда раскланивается и называет меня Ниночкой, хотя никто нас с ним не знакомил и за все время я не сказала ему ни одного слова.
На днях мне пришлось познакомиться с ним поближе. Вздумали мы с подругой пойти в кино. В этот вечер шел фильм «Златые горы», и в один из самых горестных моментов картины кто - то загоготал за моей спиной. Я оглянулась и увидела весельчака Ваньку из сталелитейного. Он тоже меня заметил и немножко смутился, но тут же подмигнул и по - обычному обратился ко мне:
- А, Ниночка? Привет, привет!
Тут он заметил мою подругу, с которой он обращался менее вежливо. Я не успела даже сообразить, что он собирается делать, как быстрым движением он накинул ей на голову свой пиджак и крикнул нежным голосом:
- Ку-ку, Клавочка!
Не желая поднимать скандала, мы в ту же минуту встали со своих мест и ушли в другой ряд.
Вначале я думала, что Ванька просто - напросто уличный хулиган или воришка какой - нибудь, без определенных занятий, но оказалось, что он неплохой формовщик и только думает, что после работы никто ему не указчик. Свое поведение он считает очень хорошим.
Говорят даже, что несколько лет назад в своей деревне он славился как первый сердцеед, с которым проводили время лучшие девушки, и сейчас будто бы он не может понять, почему мы не хотим иметь с ним дела.
Если бы один такой Ванька дежурил у наших окон, было бы полбеды, но ему пытаются подражать другие ребята. Глядишь, появился какой - нибудь паренек, смирный, приличный, потолкался несколько вечеров под Ванькиным руководством и совершенно изменил свое поведение - стал крикуном и приставалой.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.