Маркс за полвека до Октябрьской революции выдвинул идею политехнической школы, в которой производительный труд сочетается с теоретическим обучением. Но Маркс понимал, что такая школа может быть создана лишь после захвата власти рабочим классом. т.-е. при диктатуре пролетариата, ибо в капиталистическом обществе основным стимулом использования подросткового труда является бесчеловечная эксплуатация детей и подростков.
Блестящие страницы «Капитала» Маркс посвящает анализу условий труда детей и подростков на капиталистических фабриках. Многое из того, что написано на этих страницах, еще до сих пор не устарело. И сейчас капитализм ухитряется доводить рабочий день детей и подростков до 10 - 12 часов, при грошовой оплате. В Америке, Японии, Китае, в колониях дети начинают работать с 5 - 6 лет. Никаких разговоров о соединении обучения с трудом на капиталистической фабрике и быть не может. Там детский труд используется только потому, что он дешевле.
Ленин развил идею политехнической школы. В своей статье «Перлы народнического прожектерства Ильич писал:
... нельзя себе представить идеал будущею общества без соединения обучения с производительным трудом молодого поколения; ни обучение, ни образование без производительного труда, ни производительный труд без параллельного обучения и образования не могли бы быть поставлены на ту высоту, которая требуется современным уровнем техники и состоянием научного знания». Это писалось задолго до революции. Но только Октябрьская революция дала реальную возможность строить политехническую школу.
Выступая па Ш съезде комсомола, Владимир Ильич много внимания уделил вопросу перестройки школы. Он говорил:
«Одно из самых больших зол и бедствий, которые остались нам от старого капиталистического общества, это полный разрыв книги с практикой жизни»...
... молодое подрастающее поколение. Оно может учиться коммунизму, только связывая каждый шаг своего учения, воспитания и образования с непрерывной борьбой пролетариев и трудящихся против старого эксплуататорского общества».
Смысл Ильичевых слов ясен. Нам нужна школа, всеми своими нитями связанная с жизнью и борьбой рабочего класса. Такой школой и является фабзавуч. Первые зародыши фабзавуча возникли к концу гражданской войны, в 1920 - 1921 гг. Организаторами ФЗУ в большинстве случаев были комсомольцы, возвратившиеся с фронтов. Они собирались группами, завладевали нежилым, полуразрушенным подвалом, сараем, складом, тащили туда валявшиеся на улицах, на остановившихся заводах полуразваленные станки и инструменты. Без всякой материальной помощи, без руководства, в невероятно тяжелых условиях голода и холода рос фабзавуч. Песнь фабзайчат московской школы им. Кутузова, первого текстильного фабзавуча, достаточно ярко характеризует первый период работы ФЗУ.
В клубе мы тогда занимались,
Не мечтая шубенки раздеть,
На уроках возились и дрались,
Чтоб озябшее тело согреть.
Мы ходили все оборванцами -
На вес золота ситца аршин...
Первое партийное совещание по вопросам народного образования в 1921 г. включило ФЗУ в общую сеть учебных заведений. И тогда-то фабзавуч впервые получил право на жизнь. К этому времени и приурочена официальная дата рождения фабзавуча.
Сейчас, на пороге второго десятилетия, огромные успехи фабрично-заводского ученичества настолько очевидны, что никто не смеет их оспаривать. Этих успехов комсомол добился под руководством и при помощи партии. На протяжении десяти лет съезды партии из года в год давали директивы всемерно поддерживать и расширять школы фабзавуча. Еще XI съезд партии в своих решениях требовал: «... реорганизации труда рабочей молодежи, подчинения его целям обучения и квалификации, строительства школы рабочей молодежи, объединяющей практическое обучение производству с теоретическим образованием и общественно-политическим воспитанием. Эта школа должна материально обслуживаться хозяйственными органами и стать в центре внимания Наркомпроса». И все же, несмотря на все решения партии, несмотря на очевидные преимущества профессионально-политехнической школы, комсомолу пришлось отбивать жесточайшие атаки на фабзавуч. Оппортунисты всех рангов и мастей ополчились против фабзавуча, не понимая его роли и Сущности. Эти оппортунистические атаки особенно усилились к концу восстановительного периода и к началу реконструктивного.
Это вполне понятно. Если вначале многие думали, что фабзавуч - это очередное комсомольское увлечение, что школа эта не выйдет за пределы комсомольского эксперимента, - то затем убедились, что школа растет, развивается и предъявляет все права на жизнь. Тогда-то началось организованное, по всем правилам оппортунистического искусства, наступление на фабзавуч. Всем известно, какую тяжелую борьбу вел комсомол по этим вопросам со старым оппортунистическим руководством ВЦСПС, Наркомтруда и рядом работников ВСНХ.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.