По всей вероятности, сам Насонов лучше всего смог бы ответить на этот вопрос. В этот вопросе нет ничего постыдного для Насонова.
Насонов долго не отвечает. Он еще ниже наклоняется над вытачиваемой деталью и молчание его так же непрерывно и уклончиво, как бегущая вкось тонкая стальная стружка. Но когда умолкает мотор, выключенный для того, чтобы проверить обточку детали, молчание становится настолько ощутимым, что продолжать его трудно. И тогда Насонов говорит еще уклончивее, чем он до этого молчал.
- Разве я один? Есть ведь еще беспартийные ребята. А я - за мной дело не станет. Вот пообучусь, пообдумаю, да и...
Он снова находит прибежище своей смущенности в рокотании включенного мотора. Он действительно смущен. Насонову - хорошему производственнику - неловко, что он еще не в комсомоле. В этом большая победа комсомольцев «Красного пролетария».
Они - комсомольцы - знают, почему Насонов не в комсомоле. Причина не в том, что Насонов «не обдумал».
- Обдумать-то он обдумал, да компания у него больно уж такая.
Какая такая компания у Насонова - понятно.
И ясно - если комсомольцы возьмут Насонова в работу, то Насонов будет в комсомоле. И может быть уже сейчас он носит в кармане заявление, написанное без всякого участия его «такой» компании, но под ощутимым влиянием тысячи комсомольцев завода.
И напрасно другой ударник, один из лучших ударников завода, Мельников уверяет: «Вот поправлюсь здоровьем, а тогда и в комсомол».
Когда смущается Насонов, когда отводит глаза Мельников - ясно: им неловко перед Аникиным. Перед Аникиным, который полгода тому назад впервые в жизни оставил свою деревню, перед Аникиным, который работает на заводе всего только три месяца. Перед тем Аникиным, который не имеет повода выказывать смущение: он - тысяча двадцатый. И он просто отвечает на вопрос, который привел в смущение и Насонова и Мельникова.
- А как же иначе? - отвечает Аникин на ходу, разнося инструменты, и спеша на зов токарей.
Аникины и Белкины приходят в комсомол. Насоновы и Мельниковы уклоняются. Но и тем и другим место именно в комсомольских рядах. И если комсомольское руководство не будет полагаться на самотек, то так и будет.
Насоновы и Мельниковы должны быть в комсомоле. Как же иначе?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.