«Винт» потока как бы перевернулся, верхние и донные слои воды изменили свое направление, и, вместо того чтобы размывать береговую линию, Аму - Дарья стала наращивать ее своими наносами.
В этом году экспедиция Института гидротехники и мелиорации продолжала свои опыты на Аму - Дарье, но в гораздо более трудной обстановке, в самый разгар паводка, в июне - июле. Полноводная река мчалась с бешеной быстротой и сильно усложняла «воспитательную» работу ученых. Все же принцип, найденный профессором Потаповым, остался непоколебим. Невидимые, сокровенные силы реки трудились на благо человеку, а не во вред ему. Город Турткуль, где начала уже рушиться городская стена, будет спасен.
Проверяя «прочность» своего принципа, профессор Потапов обращается к самым сумасшедшим водным потокам Союза, к Пянджу, омывающему город Бауманабад, к реке Вахш с оросительным каналом имени Сталина, особенностью которой является колоссальная скорость потока - шесть метров в секунду. Новый метод управления рек, разработанный М. В. Потаповым, выдержал проверку в самых трудных условиях и уже принят к Осуществлению на многих реках и каналах Союза.
В условиях социалистического хозяйства перед любым научным открытием лежит широкая дорога из стен лаборатории в большой мир с высоким небом и необъятными горизонтами.
Научную доктрину подхватывают сотни рук, она оживает в человеческом труде. Разве не испытывает высокого удовлетворения профессор Потапов, видя, что дело его продолжают в разных концах страны? Грузин Донелия «воспитывает» Вахш и Пяндж, армянин Хачатрян направляет в нужную сторону львиную энергию Аму - Дарьи, тюрок Вагабов работает на Азизбековском канале в Азербайджане, русский Алтунин создал великолепные кадры «воспитателей» рек в Средней Азии.
Второй ученый, исправивший неверное мое представление о борьбе человека с природой, - академик Илья Васильевич Гребенщиков. При встрече я сказал ему:
- В моем представлении своими работами о химических реакциях на поверхности силикатов и металлов вы идете к тому, чтобы заставить природу работать на человека.
Пожилой, мудрый, усталый человек улыбнулся и после паузы ответил:
- Зачастую не надо заставлять природу что - нибудь делать. Просто не надо ей мешать!
Академик Гребенщиков работает совсем в другой области, чем профессор Потапов.
Чтобы перейти к его работам, нам нужно совершить головокружительный прыжок из мира больших величин в мир молекул и атомов - из макрокосма в микрокосм.
Работа академика Гребенщикова имеет отношение к процессу полировки различных материалов.
Знакомый всем процесс в действительности не так прост, как это кажется с первого взгляда. На хорошо отполированной поверхности стекла отступление от идеальной поверхности, т.е. незаметные для глаза бугорки и не - роз - кости, равны 1 /200 доле световой волны. Что это значит? Это значит, что мельчайшие выступы на этой поверхности не превышают толщины четырех слоев атомов, - другими словами, высота этих выступов равняется четырем атомам, положенным друг на друга. Мастер - полировщик, таким образом, совершает в миллионы раз более тонкую и деликатную работу, чем лесковский оружейный мастер Левша, Подковавший блоху.
Сущность процесса полировки до сих пор оставалась неясной.
Одни ученые уверяли, что отличие его от шлифовки состоит в том, что твердые зерна полирующего материала производят более тонкие чем при шлифовке и потому незаметные для глаза царапины.
Другие утверждали, что при полировке верхний слой полируемой поверхности не снимается, а лишь получает новую структуру, как бы «штампуется», но чем же тогда объяснить уменьшение веса полируемого (материала?).
Третьи доказывали, что верхние слои вследствие полировки разогреваются, плавятся и застывают гладким слоем на поверхности (но как же тогда объяснить процесс полировки в присутствии воды?).
И. В. Гребенщиков установил, что при полировке происходит тонкая химическая реакция между полируемым материалом, средой, в которой происходит полировка, и материалом полировальника. Когда, скажем, полируют стекло в присутствии воды, возникает химическая реакция, в результате которой поверхность стекла покрывается тончайшей защитной пленкой, предохраняющей стекло от дальнейшего разрушения от действия воды. То же самое, но в других условиях происходит при полировке силикатов, минералов и, наконец, металлов.
Вот тут - то академик и советует не мешать природе, которая идет навстречу человеку. Он доказывает, что при полировке мы воздействуем не на самое вещество, а лишь на покрывающую его тончайшую коллоидную пленку. Природа сама помогает человеку. Мы можем отказаться от сложных станков и с помощью более мягких, чем полируемое вещество материалов полировальника срывать с поверхности пленку, мак охотник снимает шкуру с убитого зайца.
Как это следует понимать? Академик Гребенщиков советует воспользоваться природными свойствами веществ, в данном случае химической реакцией, возникающей на их поверхности. При соприкосновении с водой на стекле образуется тончайшая защитная пленка. Зачем же нам трудиться над обработкой самого стекла, если мы можем выровнять только покрывающую его пленку? Вот мы сняли один слой пленки, но в ничтожную долю времени под действием воды возник новый слой, и теперь мы можем снимать этот второй слой. Так, снимая пленку слой за слоем, мы отполируем стекло, применяя не силу, а разум, т.е. используя свойства самого вещества, химическую реакцию при соединении его с водой.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.