Всей ватагой мы отдыхали в лесу, возле любимого нашего озерка. Было очень жарко.

Я лежал на спине, закинув руки под голову. Редкая тень сосны ложилась на лицо. Сквозь закрытые веки я смотрел в бездонный оранжевый мир и вслушивался в тот, всегда непонятный для меня, шум, всегда вызывающий во мне и тоскливое и сладостное чувство, - в то непрестанное сипение, которое даже и в безветренную погоду, по-видимому, производит воздух, просасываясь сквозь хвою.

Не открывая глаз, не поворачивая головы - по одним их восклицаниям и шорохам, - я мог сказать, что делают неподалеку от меня мои ребята.

Вот кто - то из них, посапывая, стругает ножичком палку. Вот слышно, как двое, затаив дыхание и, должно быть, стоя на коленках, склонились над муравейником...

Звон и рокот мотора стал нарастать и подыматься из - за леса.

И сразу же на земле возле меня сделалось тихо - тихо...

И опять - таки совершенно ясно я представлял, как, сидя, а другие - лежа, они, запрокинув голову, следят за самолетом.

И сразу же затеялся спор:

- Разведчик!

- Ничего подобного: учебный!

- Как раз!

- А вот тебе - и как раз!

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.