Вместо докладчика Серикову отвечал Ромашев. Сергей волновался, кипел, не находя порой слов, чтобы выразить свои мысли:
- Нет, Ленин не так понимал учебу. Большевик не может зарыться в учебниках и совсем уйти из общественно - политической жизни. Грош цена такому большевику. Нужно уметь работать на заводе, учиться и быть активным, участником общественно - политической борьбы. Вот такая комбинированная учеба и будет ленинской учебой. Ведь многие из наших ребят политически неграмотны. Между тем заводская политшкола пустует. Посещать политические занятия кое - кто у нас считает признаком дурного тона. Говорите, что трудно все это сочетать? Нельзя сира - питься? А я почему справляюсь? А Андрюшка Кожухов? Он - то ведь справляется! А Вера Березова умудряется справ - литься? Вопрос, что делать, когда весь завод учится стоит очень остро. Нужно научить ребят сочетать работу, учебу и политику. Проблему нужно разрешить.
Диспут закончился. Реальных результатов он не дал. Проблему безлюдья, когда люди есть, но они заняты и не хотят или не умеют работать, диспут не разрешил.
Из горкома прислали комиссию для того, чтобы обследовать работу ячейки. Выводы комиссии были очень печальны. «Ячейка бездействует. Кроме трех членов бюро, никто ничего не делает. Все ссылаются на то, что они учатся и поэтому общественно - политическую работу вести не могут.
Ряд директив ячейка не выполнила, производственными проблемами не занималась. Слабость экономически - правовой работы член бюро Красников объясняет тем, что учится.
Ячейка не мобилизована на борьбу за генеральную линию партии. Уровень политической грамотности заводских комсомольцев крайне низкий.
Обращаем внимание горкома на то, что проблема «что делать, когда весь завод учится» стоит чрезвычайно остро».
По постановлению бюро горкома выводы были переданы в конфликтную комиссию. Завели дело № 83. В конфликтную комиссию вызвали всех членов бюро и многих комсомольцев.
Конфликтная комиссия постановила объявить выговор Ромашеву и Кожухову за то, что не сумели наладить руководство ячейкой. На том же заседании были исключены из комсомола за отказ от общественно - политической работы Сериков и Шелкотов. Бардес, Сегалов и Серебряный получили выговор.
Дальше этого не пошло. Так пятью выговорами и двумя исключениями конфликтная комиссия отмахнулась от большой проблемы.
Сергей Ромашев ушел в армию. Через месяц после призыва пришло в ячейку письмо.
«Здорово, ребята!
Живется мне хорошо. Гуляю по границе, посматриваю на поляков и крепко держу винтовку в руках. Но это письмо я хочу посвятить не себе, а вам.
Что ж делать, если весь завод учится? Как быть? Выговор Андрюшка и я получили, но ведь выговор этот проблему совсем не разрешил. Разрешение лежит где - то глубже.
Я считаю, что разрешить проблему можно такими путями:
Все ребята должны понять, что ильичевская мысль об учебе охватывает и производство, и вуз, и общественную работу.
Нужно рационализировать общественную работу. Ведь мы ж чертовски много заседаем. А что мы делаем на этих заседаниях? Не столько думаем, сколько говорим, не столько говорим, сколько курим. Нужно экономно расходовать время. Поучитесь в этом отношении у Андрюшки Кожухова.
Комсомольские активисты относятся с недоверием к комсомольской массе (я тоже грешен), боясь поручать молодым ребятам ответственную работу. Больше доверия товарищи, больше выдвигайте новые кадры, новую смену. Тогда уход активистов на учебу будет совершенно незаметен.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.