По этому поводу есть высказывание одного писателя, и листок, на котором оно записано, как исключение, не из числа заметок товарища Барлоу: он принадлежит мне, ибо я давно переняла у ней это: записывать, что мне понравилось или же нет – сам способ могу настоятельно рекомендовать! – писатель, его зовут Томас Манн, и я очень хочу пожелать вам. чтоб вы когда-нибудь познакомились с его книгами, так вот он сказал: «Некоторые считают все само собой разумеющимся. Но если этого не делать, то жизнь очень увлекательна! »
Абсолютно точно! Увлекательна в смысле... – ну да, именно увлекательна, радостна, прекрасна, ни чуточки не скучна, живительна, бодряща...
В самом деле, не принимайте просто все как само собой разумеющееся, доброе не принимайте, а уж дурное и совсем нет! Так уж оно все повелось... это ведь одна из фраз, рожденных временами, когда люди, коли они хотели сохранить жизнь себе и другим, должны были обращаться к козам, будто те были неким чудом.
Если кто-то из вас намерен оставить столь же заметный след, как... Маркс, или Ленин, или как Леонардо да Винчи, или Гете, или такой же, как Эйнштейн, или Вирхов, или Бертольт Брехт, то ему нельзя забывать: «Так уж оно все повелось...» – это было для них, наверное, самой отвратительной фразой, какую только можно выдумать.
А поскольку у большинства из нас не будет столь далеко идущих намерений, то пусть это останется обращенным ко всем нам: «Так уж оно все повелось...» – позиция, располагающая к быстрому ожирению, а мы ведь желаем друг другу еще долгих лет стройности!
Я перешла к пожеланиям, так уж положено для праздничных речей, и если моя была менее праздничной, чем того требует обычай, то в ней все-таки не должно быть недостатка в добрых пожеланиях.
Они исходят еще от Ханны Барлоу, а некоторые уже и от меня, но важно не столько, откуда они пришли, а скорее, куда они идут, к кому – и что они вызывают.
Мы желаем вам на изумительно огромный отрезок жизни, начало которого – в сегодняшнем дне:
Лишь изредка того ненавистного чувства, что зовется скукой.
И время от времени того счастливого мига, когда знаешь, что вот сейчас не нужно делать совсем ничего, вообще ничего, вовсе и совсем-совсем ничего, имеющего сколь-нибудь серьезное значение.
Мы желаем вам приключений, которые простираются до Луны и до берегов всех морей, и мы желаем вам работы, про которую вам никогда по-настоящему не захочется сказать, на какую бы другую, лучшую вы ее сменили бы.
И остатка школьной жизни мы желаем вам такого, чтобы о ее конце вы не думали, как об избавлении.
Мы желаем вам тончайшего слуха, желаем различать тишайший шепот этого мира – и к тому же крепчайших нервов, ибо иногда она еще будет реветь и стонать, эта земля.
Не желаем вам тишины, которая настает, когда двое, что должны говорить друг с другом, замолкают – от горя, от стыда, из тугодумства, из трусости, по невежеству.
Мужества желаем вам, чтоб сказать другу всю правду; мужества, чтоб сказать всю правду врагу или, если наступит час, не проронить ни единого слова.
Мужества Ханны Барлоу применительно к вашим, лучшим временам – и по возможности времени подумать о мужестве Ханны Барлоу, благодаря которому, и ему тоже, ваше время стало таким несравненно другим.
Мы желаем – теперь снова я и Ханна, – чтоб хватило на долгую жизнь, не однажды мгновений, когда можно сказать о себе, что принес пользу... и также, чтоб хватило мгновений, когда тащишь себя, что твой Мюнхаузен, за собственный ворот из тепленького месива, от которого несет заносчивостью и самовосхвалением.
Мы желаем вам и себе также и, пожалуйста, как можно скорее успехов в борьбе против рака, и против алчности, и против той раковой алчности, из которой вырастают войны.
Мы желаем вам жизни, полной мудреных задач и росистых яблок, полной удивительных книг (почему бы и не сочиненных самими?), полной друзей, рядом с которыми замирает дыхание, и дружб безмятежных – одним словом, полной жизни изо дня в день. Дорогие друзья, вам, добрым, мы желаем всего.доброго!
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.