Этот человек, познавший ужас старой рабочей казармы, хлебнувший горькой печали, говорил о работе в домах с болью, с грустью одинокого энтузиаста.

Его план был реален, как египетская тьма жаркой ночи, как щебень, о который мы спотыкались.

Таких, как мой спутник, в доме наберется добрых два - три десятка.

И по закону тяготения они должны встретиться, чтобы договориться о политической работе в домах, об охвате рабочих, работниц, домохозяек, молодежи и детей.

Крохоборческая культурническая работа снижает всю важность, необходимость быстрой перестройки. Надо бить по системе, бить по досадным мелочам. Но самое важное - всю работу необходимо подчинить главному, первостепенному заданию нашей эпохи - социалистической переделке человека не только на работе, но и в быту, всюду. Делать это надо не назойливо, а мастерски, отменно тонко и умно.

Чехов писал, что он из себя по каплям выдавливал раба.

Выдавливать раба из себя - задача каждого из нас.

Мой спутник осознал это. Его план в пределах домов по Хавско - Шаболовскому переулку схож с планом реконструкции фабрики, на которой он работает.

Один план дополняет другой.

Поглаживая обкуренные усы, командир бытовой перестройки, энтузиаст - культурармеец словно наносил на карту условные знаки будущих сражений за куль - туру, за лучшую жизнь, не смягченную светлой и страшной бутылкой водки, замусоленной от азарта колодой карт, громоздкими вещами.

Он говорил убежденно, говорил, как верующий, о жизни, полной «легкости».

- Если мы ладно поработаем и с успехом, дорогой товарищ, это будет хорошее вступление в социализм этой махины, - и он рукой указал на потемневшие в ночи корпуса домов.

*

Проводив до ворот, он крепко сжал мою руку и объяснил, как мне кратчайшим путем дойти до трамвайной остановки.

Радиобашня высилась в темноте.

Переулок засыпал и только скрежет трамваев, звонки, вагоновожатых, как разговор во время сна, нарушали покой рабочей окраины.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.