Кто из студентов не помнит, как после лекции, схватив папку и перепрыгивая через ступеньки лестницы, несся к институтскому буфету, дабы успеть хоть что-то перекусить? Нерасторопный рисковал остаться без традиционного пирожка со стаканом чая.
А в Харькове вот пригласили нас в институт радиоэлектроники посмотреть, как за десять минут позавтракают двести студентов. Название института вызывало почтение, и, может быть, потому в воображении возникали картинки одна фантастичнее другой. То это был какой-то бесконечный конвейер с аппетитной студенческой снедью, то подмигивающий лампочками робот-автомат с невиданной быстротой выдающий «на-гора» бутерброды и булочки...
На деле все оказалось куда как проще. Будущие кибернетики и наладчики ЭВМ, выйдя из аудитории, неспешно направлялись к выставленным здесь же, в институтском коридоре, столам с заранее приготовленными завтраками.
В тот день на завтрак был горячий чай с булочкой и бутербродом с сарделькой либо с колбасой. Стоимость – 25 – 30 копеек, которые тут же ссыпались в самую обычную, я бы даже сказал, примитивную тарелку. В век НТР такая простота решения вопроса прямо-таки обескураживала. Но тем не менее результат был налицо: к концу десятиминутного перерыва на столах не осталось ни одной «заблудившейся» порции, не было и ни одного недовольного студента.
Не будем спешить с комментариями, а зайдем пока в другой институт Харькова. Например, в политехнический. На обед.
Надо ли пояснять, что обед – штука несравненно более сложная, нежели завтрак. К нему и требования другие. Тут уже важна не только скорость свершения процесса, но и... Словом, не зря английский юморист Джером К. Джером в свое время на полном серьезе заметил: «Хороший обед выявляет все лучшее в человеке».
Столовая при общежитейском городке политехников, который по праву зовется «Гигантом», расположилась в отдельном здании. Обычная современная постройка, внешне не привлекающая особого внимания, но, судя по стекающимся к ней людским ручейкам, пользующаяся несомненной популярностью. Внутри – несколько залов. Один из них – зал комплексных обедов. Слово «комплексный» по отношению к предмету, призванному выявлять в человеке все лучшее, согласитесь, звучит некоторым диссонансом. И все же давайте рискнем зайти.
Просторное помещение, отделанное под светлый благородный камень, украшения стен выдержаны в тех же мягких тонах, за декоративной ширмой-загородкой – ленты транспортеров, выносящих навстречу посетителю два дымящихся варианта «комплекса». На выбор.
В этот-то ответственный момент выбора вызвать «эффект присутствия» у читателей более всего, мне кажется, способна цитата из меню. Итак, комплекс № 1: «борщ на овощном наваре, жаркое по-домашнему, огурцы консервированные натуральные, сырники со сметаной, компот из свежих яблок с лимоном, хлеб». Комплекс № 2: «суп картофельный с домашней лапшой на костном бульоне, говядина тушеная в соусе с картофельным пюре, огурцы консервированные натуральные, компот из свежих яблок с лимоном, пирожок с повидлом, хлеб». Цитирование я произвел дословное с полным сохранением стиля подлинника, опустив лишь цифровые выражения «выхода блюд в граммах», полагая, что количественную оценку «комплексам» сможет дать сам читатель, взглянув на поднос, с которым сфотографирована студентка Елена Умбрас. Что же касается качества – поверьте авторам репортажа, – оно вполне «на уровне». И встречающиеся в обоих вариантах «комплекса» слова «по-домашнему» – в данном случае не только общепитовские термины... Остается лишь добавить, что каждый «комплекс» стоит 60 копеек.
Но, «выявив в себе все лучшее», просто необходимо этим лучшим с кем-либо поделиться. Слов нет, полезнее всего это сделать на семинаре или коллоквиуме. Но если учебные занятия уже кончились, а до запланированной самостоятельной подготовки есть еще время, то почему бы просто не пообщаться с друзьями?
Догадливый читатель, конечно, уже понял, к чему я клоню. Коль скоро речь о завтраках и обедах, то и для общения приглашение последует не в спортзал и не в клуб, а скорее всего в кафе. Так оно и есть на самом деле. Тем более что надуманности в таком приглашении нет: в том же студгородке политехнического многие отобедавшие студенты выходили не на улицу, а спускались по узенькой крутой лестнице вниз, куда манила их скромная вывеска: «Кафе «Поиск». Понятное дело, что шли сюда они не для того, чтобы продолжить трапезу – в таком случае наше восхваление обеда ровным счетом ничего бы не стоило. Нет, в кафе их влекла не возможность поесть, и длинных выписок из меню здесь мне делать не придется. Кофе, пирожные да прохладительные напитки – вот, пожалуй, и все, чем здесь богаты. Но еще – уютом, тихой музыкой, возможностью спокойно поговорить или даже просто посидеть с книгой...
– Как, ничего не заказав? – удивились мои товарищи, которым я рассказал про посещение «Поиска».
Удивление это понятно, оно воспитано у нас работниками общепита на протяжении многих лет борьбы за создание кафе-клубов. Кому не памятны долгие дискуссии – читать ли в кафе стихи или есть котлеты, танцевать или помогать хозяевам в выполнении плана. А план, как известно, легче всего выполняется напитками не прохладительными, а скорее обратного свойства... Какая уж тут поэзия!
А в «Поиске» нет плана. И нет никакого спиртного. И потому сиди со своей книгой – да, да, даже ничего не заказав! – сколько угодно, ты никому не мешаешь, на нервы не действуешь, никто не попросит тебя освободить «посадочное место».
Таких кафе у харьковских студентов ни много ни мало – девятнадцать, а скоро станет еще больше. «Аэлита», «Меридиан», «Семь гномов», «Молодежное»... Каждое не похоже на другое – самые разнообразные интерьеры, оборудование, освещение, но в каждом одинаково чувствуется заботливая рука хозяина. И, пожалуй, в каждом, в книге жалоб и предложений, стоящей, кстати, всегда на видном месте, можно прочитать строки, подобные тем, что оставили в своем кафе выпускники Харьковского зооветеринарного института: «Отличное обслуживание, приветливое отношение к посетителям создает прекрасное настроение, атмосферу уюта и доброжелательности. У вас хорошо отдыхать, ребята! Спасибо вам большое!»
Но, пожалуй, пришло время ответить на возникшие, не сомневаюсь, у читателей вопросы. Но прежде давайте вернемся к самому началу этого репортажа. К прыгающему через ступеньки лестницы студенту, опасающемуся прозевать свой завтрак.
Вот так было и в харьковских вузах всего-то неполных тринадцать лет назад. Пока не создали в городе единый трест, обслуживающий все студенческие столовые и буфеты, а их в Харькове более ста шестидесяти. Опыт организаторам нового треста позаимствовать было негде – подобных трестов в стране еще не существовало. Нелегкими стали те первые дни и месяцы, не обошлось и без неудач и ошибок. Но главное – не отступили. Комсомол города направил сюда лучших молодых мастеров своего дела. Перешла на работу в новый трест и секретарь комсомольской организации первой в Харькове комсомольско-молодежной столовой Валентина Длугоборская. Сейчас Валентина Константиновна – директор городского треста студенческих столовых.
– Специализация необходима не только в промышленности, – говорит она, – но и в нашей сфере. До создания единого треста харьковских студентов кормили разные предприятия общественного питания нескольких районов, и – будем откровенны – ни одно из них не было заинтересовано в этом. Ведь студенческие столовые относятся к низшей, третьей категории. Работники общепита хорошо понимают, что это значит: все предприятия, обслуживавшие до нас студентов, были убыточными. Около 150 тысяч рублей в год составлял этот убыток. Мы же сейчас даем двухсоттысячную прибыль, хотя категория наших столовых осталась той же. Вот вам и специализация!
В чем же секрет таких успехов треста? В кабинете Валентины Константиновны с доски, висящей на стене для обозрения каждому сюда входящему, я переписал в свой блокнот такие слова: «Кто хочет решать вопрос, ищет пути, кто не хочет, ищет причины». С первых дней существования коллектив нового треста искал пути решения главной задачи – добиться того, чтобы каждый студент полюбил свою столовую, свой буфет, свое кафе. Что для этого нужно было сделать? Сущую мелочь – чтобы студент мог поесть быстро, вкусно, красиво. Для этого расширялись производственные площади, увеличивалось количество посадочных мест, изменялась технология, вводились новые формы обслуживания... Все это требовало энтузиазма и в хорошем смысле предприимчивости.
Я уже рассказал о том, как организованы завтраки в том же институте радиоэлектроники. На моих глазах за десять минут поели двести студентов. Но я был лишь в одном крыле института. Во всем же здании за те же десять минут съедается до 1000 завтраков. О такой «производительности» прежние хозяева студенческой кухни и не мечтали. Да и зачем им было мечтать, когда ту же выручку с гораздо меньшими затратами труда можно было получить от продажи, например, пива.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.