Но самое, на мой взгляд, важное – та огромная роль, которую играет одиночество в развитии нашей личности.
Только тот по-настоящему понимает природу, кто умеет и любит разговаривать с ней с глазу на глаз.
Мы становимся умней и глубже не столько тогда, когда смотрим хороший фильм, сколько потом, когда вновь и вновь прокручиваем в памяти поразившие нас сцены и, задерживая кадр, мучительно размышляем над тем, что случилось на экране. Не потому ли, кстати, литература остается ведущим из искусств, что с книгой мы общаемся без свидетелей и компаньонов, что почти весь процесс постижения ее проходит в творческом, напряженном, пронизанном мыслью одиночестве?
Одиночество – школа, в которой мы учимся стойкости, спокойствию, уверенности в себе.
Наконец, одиночество – тот пустынный приют, в котором без помех и суеты разговаривает с человеком его собственная совесть. На людях такой разговор получается крайне редко.
Вспомните хрестоматийно любимых литературных героев. Такие разные, они были схожи в одном: Робинзон был одинок на своем острове, Дон-Кихот – в своем безумии, Гамлет – в своих сомнениях, Фауст – в своих поисках, Чайльд Гарольд – в своих скитаниях, князь Мышкин – в своей доброте. Случайность? Вряд ли. В яркой человеческой судьбе почти всегда различим плотный пласт одиночества...
Какой вывод можно сделать из сказанного? Да хотя бы тот, что не стоит смотреть на одиночество трагически. Раз уж нашла на вас именно эта жизненная полоса – используйте на все сто ее плюсовые стороны!
Помните, чем в начале века была для русских революционеров тюрьма? Местом гордых страданий, тайных вздохов об утраченной свободе? Нет, на нее смотрели куда практичней. В тюрьме революционер должен учиться! И учились. И возвращались из мест не столь отдаленных образованными, думающими, творческими людьми.
Одиночество – слава богу, не камера-одиночка, его и использовать можно куда продуктивней. Чтобы потом, когда пройдет темная полоса, ты был полностью готов к дням радостным. Как, например, готов к ним рабочий из Игарки, приедавший в редакцию такое вот письмо:
«Прошу слова!
Друзья журналисты, с подобными просьбами к вам, наверное, никто не обращался.
Вы знаете, что такое друг, любовь, и знаете, как плохо человеку, если у него этого нет. Может, правильно поймете мое несмешное письмо... Обидно, горько бывает порой от встреч с людьми, далекими от прекрасного, для которых не существует настоящего, святого. Зайдешь в библиотеку, а работник, закончивший вуз, спрашивает:
– Ну что вы там нашли, в этом Шукшине? Все его спрашивают. Да ведь он простой мужик!
Поговоришь со знакомым учителем и узнаешь, что не дошел до него фильм «Доживем до понедельника", не знает он гениального Сухомлинского... Красивая медичка спрашивает меня:
– А кто он такой, этот Амосов?
Ну как это жить, не открыв для себя гениев поэзии, музыки, живописи?.. Я рабочий. В свободное время пишу, фотографирую, выступаю на сцене... Живу на Крайнем Севере, в Игарке. Длинны наши вечера. Горит печурка, крутится магнитофонная запись... Порой хочется поговорить с хорошим другом, с женщиной. Поделиться с ней настроением, мыслями, мечтами. Чтобы вот здесь, на Крайнем Севере, услышать ее дыхание, почувствовать ее рядом. Хотя бы в письмах обменяться сувенирами. Иногда меня спрашивают за праздничным столом:
— Ну почему ты такой – одинокий, неразговорчивый?
— Да ну вас! – скажешь и хлопнешь дверью. Разговор-то сегодня о пьянках, о бытовой суете... А ведь сколько интересных споров на экране, в прессе! Сколько загадок, дорог открывает жизнь, природа! По-новому хочется жить, работать и по-старому любить.
Списаться бы с- кем-нибудь! Подраться бы в письмах, поспорить, договориться встретиться, как в «В 6 часов вечера после войны», и только в Москве, в самом лучшем театре. Познакомиться бы с такой женщиной, найти ее и пригласить в мое богатое одиночество! Для меня это был бы клад, радость, которая не может сравниться с радостью человека, выигравшего «Волгу». Простое письмо и непростой разговор. Возможно ли такое знакомство, такая дружба?
С уважением, Алексей Степовой.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.