Но Игорь не слушал. Он понимал, как необходима его помощь семье. Вновь встал в очередь к окошку на бирже труда, и опять ему досталась разовая работа – разгружать вагоны. Правда, при этом произошло нечто важное: нарядчик подозвал к себе Игоря и сказал:
– Ты парень здоровый и дисциплинированный, будешь бригадиром. Набирай себе бригаду, составляй список, только смотри, чтобы ребятки были покрепче и не сачковали. И айда на железку.
Игорь был польщен оказанным ему доверием. Прежде всего он, конечно, включил в бригаду Луценко и Ляховицкого, подобрал еще ребят со своего курса, взял мужичков из очереди и пошел с ними на товарный двор. Пока шли, внушал бригаде:
– Вагоны не должны простаивать по нашей милости. Чем быстрее разгрузим, тем быстрее будет оборот подвижного состава. А это – дело государственное. В газетах читали? Ясно?
Пришли на базу, Игорь получил задание и расставил своих грузчиков. Они дружно откатили двери теплушек и под песни и раскатистый счет: «Раз-два – взяли!» – принялись за разгрузку товарного поезда. Работали дружно и споро. Раньше указанного времени выгрузили тяжелые ящики и мешки, уголь и железные листы. Рекордно быстрая и аккуратная работа понравилась начальству. Оно щедро расплатилось с бригадой и в тот же день направило на биржу труда запрос: по срочному вызову присылать только бригаду Курчатова.
Так и повелось – приходили в Симферополь товарные составы с лесом, углем, листовым железом или оборудованием, вестовой с железной дороги бросался отыскивать днем ли, ночью ли Игоря, раз вызвал даже с лекции. Курчатов спешно собирал бригаду и вел ее на разгрузку.
Лязг буферов, гудки паровозов, перестук колес на стыках рельсов, запахи масла и перегретого пара в смеси с паровозными дымами, веселые песни и зычные команды бригадира создавали атмосферу бодрости. Игорь определял, как вести разгрузку, кого и куда ставить. Не жалея сил, шел туда, где труднее, где требовалось мгновенно проявить Сметку и решительность.
Василий Алексеевич слушал рассказы сына о работе на разгрузке товарных поездов и втайне радовался тому, как увлеченно занялся Игорь бригадирством. В один из дней, когда Игоря вызвали на товарный двор, Василий Алексеевич незаметно прошел к поезду, ставшему под разгрузку, и издали смотрел, как его сын руководил бригадой.
Вечером, перед ужином, когда Игорь пришел домой, сказал ему:
– Руководить людьми, сын мой любезный, – дело ответственное. – Помолчав, отец усмехнулся: – По пальцам в махорке да еще по губам вижу, курить начал. Так не таись от отца – кури. Покажи, как получается...
Игорь замялся, опустил ресницы.
– Все курят, вот и я для смелости и для порядка...
– Понимаю... – Отец свернул цигарку и закурил с сыном.
Вошла Мария Васильевна, всплеснула руками:
– Что творится! Игорек курит...
– Время такое – курительное... – заступился за сына Василий Алексеевич. – Все смолят махорку – она от еды отваживает. Ну так вот, Игорек, – продолжил отец начатый им разговор. – Самая большая и самая страшная сила на свете – власть над людьми. Власть кружит головы, сводит с ума. Кому она доставляет наслаждение, кому кровожадное сластолюбие. Одним помогает вершить великие дела, другим...
Игорь отложил самокрутку, поерошил стриженные бобриком волосы и испытующе смотрел на отца. Он понимал: отец не случайно завел с ним разговор о власти, о командовании и отношениях с людьми.
Став бригадиром, Игорь уже испытал на себе неожиданный юношеский «приступ славы» – ему было сладостно повелевать бригадой. В глубине души возникало упоительное «чувство командования», когда по своему усмотрению он мог распределять работу грузчиков, подчинять их своей боле, выступать на равных с железнодорожным начальством.
– Власть портит человека, если он использует ее в угоду своих страстей, корысти или славы, – продолжал Василий Алексеевич. – Власть бригадира – маленькая, капельная власть, но все же власть. В мире все начинается с капли. Прошу тебя, сынок, не превышай власть вот в этой капле, в бригаде. В такой капле яд. А яд – гибель. Рецепт в общем-то простой, от всех бед, – будь доброжелательным к людям, будь прост и скромен, будь справедлив, требователен к людям, но прежде всего к самому себе. Я скажу тебе так: чтобы добиться авторитета, не нужно покорять Северный полюс. Человек может очень многое сделать, даже самое невероятное, если он сильно захочет, если знает, во имя чего он делает, какая у него впереди цель. Ты, сынок, много читаешь научных книг – это очень хорошо и правильно, но ты прочитай книги о самом человеке. А тут лучшими советчиками и знатоками души человеческой будут Толстой и Пушкин. – Василий Алексеевич достал с полки томик Пушкина, открыл заложенную листиком страницу и прочитал: – «Время изменяет человека как в физическом, так и в духовном отношении... Глупец один не изменяется, ибо время не приносит ему развития, а опыты для него не существуют». Ты не глупец, Игорек. Совсем наоборот. Поэтому ты с особым вниманием должен знать опыт, накопленный родом людским с самых далеких времен, скажем, со времен Сократа. – Владимир Алексеевич закрыл томик Пушкина, поставил на полку и заметил:
– Все главные победы прежде всего начинаются с победы над самим собой.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.