Седые дни

Никифоров| опубликовано в номере №35, август 1925
  • В закладки
  • Вставить в блог

- Где же? Промокли и продрогли, непогодь.

- Да... Ну, мы направо, до утра значит. Шли бы до дому, товарищ.

- Нет, что уж, тут недалеко теперь.

- Странно, может быть не встретимся.

- Может быт.

- Э - э, вот черт, на то идем.

- Правильно, чего там.

Нет улиц... Серые, промокшие стены домов - пустынный мертвый коридор. Изморозь и мгла, цепляясь за выступы, падает под ноги. Навстречу медленно выплывает бледное пятно.

- Устал, Андрейка.

- Нет, ничего, ноги только.

- Что, промочил? ну ладно, сейчас дойдем. Михайловский манеж вон.

Спотыкаясь в ухабах, первая группа со знаменами за угол в ворота университета.

Длинный, белый, как огромный катафалк выпирает Михайловский манеж.

- Нны - и - и, так, так, так, так...

- Ррр - а - ах, ррра - ах...

- Бери ниже, ниже, черт! В небо целишь, дьявол.

- Вва - аш.

- Молчать свол - а - ач!

- Товарищи, берегись!

- А - а - а - м - м.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 9-м номере читайте об Александре Беляеве - первом советском писателе, полностью посвятившим себя научной фантастике, об Анне Вырубовой - любимой фрейлине  и   ближайшей подруге императрицы Александры Федоровны, о жизни и творчестве талантливейшего советского актера Михаила Глузского,  о режиссере, которого порой называют самым влиятельным мастером экрана в истории кино -  Акире Куросаве,  окончание детектива Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев».  и многое другое.



Виджет Архива Смены