Я стала перебирать в уме все страшные случаи, которые рассказывались в то время. Маму заманили в ловушку, ограбили и замкнули в холодном сарае. Маму выбросили из кузова грузовика, и теперь она замерзает в снегу и протяжно зовет меня: «Доченька! Доченька!»

Ах, нет, как это я сразу не сообразила?! Мама поехала за дровами совершенно так же, как Дарья. Она так же заблудилась в лесу, закоченела и видит райские сны про меня, про папу, про Солнечногорск (я слышала, его захватили фашисты). Она не может пошевелить ни рукой, ни ногой, потому что ее сковал Мороз. Над ней прыгает одна только маленькая, бессловесная белка:

Ком снегу она уронила

На Дарью, прыгнув по сосне.

А Дарья стояла и стыла

В своем заколдованном сне...

На мой безудержный плач прибежали снизу и Ляля и Юрка, и оба стали утешать меня, как могли. К моему пущему горю, они даже не усомнились в том, что мамы уже нет в живых, а принялись деловито решать мою будущую судьбу.

Юрка предлагал мне поселиться у них и ждать возвращения моего папы (если он не погиб). А Ляля соблазняла меня Москвой, рисуя заманчивые театральные перспективы нашей с ней совместной жизни.

Я физически ощутила невыносимый гнет двойного сиротства.

— Это что за слезы?!

Мама, живая и счастливая, поднималась по лестнице. В руке у нее было распечатанное отцовское письмо.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.