— Мне пора в спячку, — сказал медведь Эдуард.
— И чего эти бабочки все летают? — призадумалась черепаха Эльвира. — Не сидится им на месте, не ползается. Потому и не жильцы они на нашей земле. Новый год — и тот встретить не успевают. Вечно у них пожар.
— Я никогда не видел пожара, — сказал медведь Эдуард.
— Эка невидаль!
И она замолчала, представив себе эту невидаль. Горит огонь, и светло от него, как днем. И страшно, и рискованно, а светло. И прежде чем сгоришь, все вокруг увидишь, такое увидишь, чего не увидишь за двести лет!
Как мало прожито,
Как много пережито... —
переврала она уже однажды перевранную песню. Может быть, лучше меньше прожить и больше пережить? Да нет, кому нужны эти переживания?! Главное — жить, побольше, подольше прожить... И ничего за всю жизнь не пережить? Вот вернется Глафира, надо будет с ней потолковать, что лучше: меньше прожить и больше пережить или наоборот? Очень интересная тема для разговора.
— Что-то Глафира наша не возвращается, — сказала она, спеша поскорей начать разговор, хотя спешка была не в ее характере.
Бабочка Глафира не возвращалась. Где-то она летела — на пожар или на костер? — где-то летела она на свет, для чего? Неужели для того, чтоб больше назад не возвращаться?
Звезды на небе загорались — кострами или пожарами? — и огни на земле загорались — кострами или пожарами? — и какие-то, никому не известные бабочки все летели и летели на этот свет...
Нет, не встретит она, не встретит свой единственный Новый год, не повеселится она, как принято в Новый год веселиться.
Черепаха Эльвира высунула лапы из-под панциря и помахала ими, как машут крыльями, когда летят на свет. И тут же спрятала их, как будто их обожгло пожаром.
И опять задумалась. Чем больше пережить, тем меньше прожить, а чем меньше пережить, тем больше прожить... Видно, так оно в жизни получается.
— Мне пора в спячку, — сказал медведь Эдуард.
Может быть, он сказал это потому, что никогда не видел пожара и хотел на него посмотреть. По крайней мере у себя в спячке. Конечно, спячка — это была не крайняя мера, но достаточная мера для того, чтобы посмотреть на пожар и в нем не сгореть.
Черепаха Эльвира пожевала что-то с новогоднего стола — пожевала за здоровье тех, кто летит сейчас на костер или на пожар, кто летит туда, откуда не возвращаются.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Современное производство: труд и личность