Стиснутый горами, Тертер дико ревет, как от нестерпимой боли, зло пенится, расшибаясь о камни.
— Силища, э-э-э! — восхищенно цокает языком Эльбрус Мансимов. Он берет гальку и бросает в реку. Галька тонет не сразу, подхваченная тугой волной, она, как мячик, взлетает над порогом и исчезает в бешеном водовороте.
Мы идем по дну глубокого ущелья. Здесь встанет плотина. Поднимется она на 125 метров, сомкнет горы, и получится гигантский каменный чан, в котором скопится без малого полмиллиарда тонн воды. Чтобы он не прохудился, бока ущелья прощупывают бурами и простукивают взрывами геологи.
Я задираю голову. Над нами приткнулась к скале тренога буровиков. Там врежется в гору плотина. Тертер будет не только крутить турбины, он даст воду полям.
Остановившись у дороги, Эльбрус торопливо прицеливается фотоаппаратом. Он увидел монтажников. Звено опоры, которую тянет трактор, со скрежетом скользит по камням, подминает кустарники...
Гляжу на суетящегося Эльбруса и не могу сдержать улыбку. Маловато общего у него со своим седоглавым тезкой! Это худенький, тщедушный на вид парнишка. В прошлом году он закончил среднюю школу и пришел на стройку с твердым решением стать здесь инженером-энергетиком. А пока отсыпает дорогу от гравийного карьера к месту плотины. Эльбрус оказался первым комсомольцем на стройке. Приехавшие ребята прозвали его Пименом: он повсюду носится со своим фотоаппаратом, снимает и записывает обо всем, что происходит, в толстую тетрадь, похожую на конторскую книгу. Но написал пока мало. Стройка только начинается.
Вот несколько строчен из тетради Эльбруса:
«Шамхорский каскад образуют Еникенская, Кирзанская, Шамхорская и Аракская ГЭС. Шамхорских будет две — наша и еще одна — тут, рядом...»
«Привезли первый экскаватор. Марка — Э-2503. Вес — 94 т. Гусеницы везли отдельно, кабину с мотором тоже отдельно. Собрали без подъемного крана. Сперва выкопали траншею и завезли туда ходовую часть — гусеницы. Потом заехали на них с кабиной, приподняли ее домкратом, вытащили тележку, а кабину опустили на гусеницы...»
К этой записи Эльбруса надо добавить, что на сборку экскаваторов такого типа по норме отпускается целый месяц. А машинисты Виктор Орлов, Аркадий Тараканов, Петр Казанцев и механик Башир Кулиев благодаря своей находчивости и квалификации управились за шесть дней.
А вот еще одна запись. Как и почти все другие, начинается она со слова «первый»:
«Первый раз ночевал в городке Хачатуряна. Домой не поехал: был дождь со снегом...»
На месте, где сейчас стоит упомянутый Эльбрусом городок, основатель его прораб Хачатурян первый раз поцеловал девушку. Девушка потом стала его женой.
Городок Хачатуряна раскинулся в дубовой роще. Большинство домов на колесах. Красные, голубые, синие, коричневые вагоны. А без колес стоят лона только два дома — столовая, которая по вечерам превращается в кинотеатр, и общежитие геологов. Бригада плотников Армена Азатьяна построила баню. Возле столовой поставили голубой вагончик и открыли в нем чайхану. По вечерам она превращается в клуб. За стаканом крепкого чая можно послушать удивительные приключения бывалых людей — геологов, геодезистов, строителей. Эльбрус частенько засиживается там.
...Мы подходим к каменному мосту, дугой выгнувшемуся над Тертером.
— Гары кёрпу, — говорит Эльбрус — «Мост старухи» — по-азербайджански.
Когда-то, в незапамятные времена, здесь жила одинокая старуха. Чтобы оставить людям добрую память о себе, она накопила денег и построила этот мост. Эльбрус уверяет, что раствор, скрепивший камни, замешан на белке куриных яиц.
— Гляди, — показывает он вниз. — Даже дренажи предусмотрел бабкин проектировщик.
По этому мосту сперва даже шоферы не решались проехать. Но другого не было. А работать надо. И приятель Эльбруса Виктор Перов, «прощупав», выверив мост, провел свой бульдозер. Мост оказался прочнее, чем думали...
— Эх, затопить придется старухин мостин! — пожалел он потом, когда узнал, что мост входит в зону затопления.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.