На пологом склоне холма девчата – будто выпускают на волю тысячи зеленых змеек – высаживают табачную рассаду. Я первый раз в звене Марии Ситниченко из совхоза имени Суворова. Как кадры киноленты, мелькают в свежепрочерченных бороздках еще не оперившиеся ростки табачной рассады. Отлично идет дело! А разговор чихнул и заглох.
– Так как, девчата, пойдете учиться? Ведь как-никак за звание коммунистического звена боретесь...
Девчата, не оборачиваясь в мою сторону, плеснули таким саркастическим смешком, что у меня тоскливо засосало под ложечкой. Вот так агитнул секретарь селькома!
– Табачок бы заставить сажать этих, которые курящие, – не поднимая головы, бросила Маша Шумейко.
Я нервно смял папиросу, встретил лукаво-уклончивый взгляд секретаря совхозного комитета комсомола Степы Сухина.
– Я пока, Женя, за водой съезжу. Ты уж тут...
Ликует, наверное, дьявол такой, девичий пастух. Ну, погоди!
Мой пиджак полетел на землю. Не мытьем, так катаньем! Слева ведет борозду Маша Науменко, справа – Маша Иванченко. Я орудую колышком меж двух Маш.
– Сверху землей сухой чуть присыпайте: влага не так быстро уйдет. Да не спешите: спина заболит. За качество у нас тоже розгами секут, невзирая на лица.
Смейтесь, смейтесь, черти! Вот если бы только не солнце! Словно оно сейчас из Сахары.
– Антракт – сорок минут! Агроном опять набрехал насчет второй машины с водой: видишь, Степка маячит, как поп на троицу!
Девчата цепочкой нырнули в тень придорожной акации, освободив мне место в кружочке. Что с ними? И глаза уже будто не те, что при начале нашего знакомства.
– А вы не гордый.
– Какой есть.
– Жены городские, наверное, не любят таких, что в грядках копаются и борщ варят.
– Моя, говорит, любит.
– Эх, а наши ребята посбегали в соседние колхозы: расценки, говорят, там выше. Придешь вечерком – станцевать не с кем. Жизнь называется!
– У тебя только и в голове: подцепить кого-нибудь, – кольнула соседку девчонка в горошковом платке. – Вон наши в техникумах...
– А кто десятый класс среди зимы закрыл? Я?
– Из-за таких, как ты, и закрыли : раз придет, другой – не придет. А. учителям с пустой комнатой разговаривай?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.